Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Как старый и почетный читатель литературного сайта в 21 веке, прошедший крещение произведениями о всех видах попаданцев и переселенцев, которые публиковались на сайте круглый год, он был способен с самого начала быстро и с жизнерадостностью принять сей факт. К несчастью, занятое им тело принадлежало главной сволочи и негодяю, Учителю Шэнь Цинцю. Это... Ох, эта ситуация действительно складывалась не лучшим образом.Мужчина, находящийся сейчас рядом с ним и выглядящий как добродушный и заботливый старший брат, был действующим главой школы Цанцюн и шисюном Шэнь Цинцю.

Его звали Юэ Цинъюань, Меч Сюаньсу*. Черт.

( — 岳清源Цинъюань (清源) — «Чистый родник».) ( — 玄肅劍Меч Сюаньсу, «Ледяное Спокойствие».) У него были серьезные основания ругаться в сторону Юэ Цинъюаня. В оригинальном романе смерть этого человека произошла по вине его «хорошего младшего брата», Шэнь Цинцю!

Ах, если бы он не погиб столь трагически...

Десятки тысяч стрел пробили его тело, и в подобном положении оно осталось до тех пор, пока даже кости не обратились прахом.

И вот теперь лицо этой несчастной жертвы находилось в непосредственной близости от его собственного, лица убийцы, и справлялось о его самочувствии. Давление оказалось невероятным.

Но все же, если взглянуть на нынешнюю ситуацию, становится очевидно, что история еще не дошла до тех роковых событий. Юэ Цинъюань жив-здоров и прекрасно к нему относится, что указывало на то, что в этом времени Шэнь Цинцю еще не раскрыл свою лицемерную сущность и сохранил репутацию.

Шэнь Юань не видел ни единой причины опасаться Юэ Цинъюаня, человека, положительного абсолютно во всем.

Хотя Юэ Цинъюань перенес немало, Шэнь Юань искренне симпатизировал этому герою во время чтения.

Он немного расслабился, но в тот же, миг перед его мысленным взором всплыли странные строки:

[. В мрачной комнате с давящей атмосферой с потолочной балки свисал металлический"

"трос с закрепленным на конце обручем. Обруч плотно обхватывал человеческую талию. В висящем все еще угадывались очертания того, что можно было бы назвать «человеком», с грязными спутанными волосами и чумазым лицом безумца.

Самым ужасающим в представшей картине являлись отсутствующие конечности – все четыре были отсечены. На плечах и бедрах в плоти виднелись срезы. От каждого движения пленник мучительно хрипел: «А-а-а ». Он не сумел бы произнести ничего внятного, поскольку язык его,

вырезанный кем-то, отсутствовал].

«Путь Гордого Бессмертного демона». Выдержка из финала, настигшего Шэнь Цинцю.