Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ничего не говорю Кириллу – скидывая шпильки и прохожу внутрь. Прямо к панорамному окну, с которого открывается вид на то самое озеро. Вечером здесь красиво, вокруг водоема зажигаются огоньки и ни души.

Сезон в глэмпинге начинается с апреля, поэтому в марте у них мало гостей. Мы практически одни. Вдвоем.

Сглатываю, пытаясь сдержать непрошенные слезы.

– Оль? – тихо зовет Кирилл.

Вижу в отражении оконного стекла, как мужчина медленно идет ко мне. Осторожно, словно боится спугнуть.

– Молчи, – прошу его, потому что к задушевным разговорам я точно не настроена сейчас.

Глава 30

– Я люблю тебя, – продолжает муж, не понимая, что своими словами ранит меня сильнее.

«Я тоже люблю тебя», – мысленно отвечаю ему, но вслух сказать это не могу.

Он не заслужил.

Глупо бить себя в грудь и лукавить, рассуждая, как я ненавижу и терпеть не могу Кирилла.

Это не так."

"Любовь не выветривается из сердца за пару часов. И даже после измены можно продолжать любить предателя.

Только вот эта любовь другая. Отравляющая, заставляющая чувствовать фантомное счастье и постоянно прокручивать в голове моменты, когда все было хорошо, а потом резко вспоминать тот день, когда все стало плохо.

– Просто оставь меня в покое, – практически умоляю его.

И я имею в виду не сейчас оставить в покое, а вообще. Как там говорят – время лечит?

Вдруг если мы не будем видеться, то я смогу побороть любовь внутри себя?

Или я просто обманываюсь?

– Не могу.

– Ты не понимаешь, что делаешь только хуже?

Кирилл все же подходит вплотную и прижимается ко мне.

И вот мы оба в отражении оконного стекла. Стоим и смотрим то ли на озеро, то ли друг на друга.

– Знаю, – неожиданно признается мужчина, – Я пытаюсь все склеить и исправить, а не получается. Все только сильнее ломается, и конца этому нет.

Непривычно слышать такое от Кирилла. Обычно он скуп на откровения, но сейчас как будто отчаянно хочется выговориться.

– Ты все спрашивала меня, – продолжает муж, – Почему я изменил тогда, почему скрыл Милу и ребенка.

Я…, – на секунду теряется он. Вижу, что пытается подобрать слова, чтобы не обидеть, – Я не планировал измену. Даже не думал об этом. Но дома… Становилось невыносимо. Как будто я стал раздражать тебя. Ты закрывалась, отталкивала…

– То есть это я виновата? – ухмыляюсь и замечаю через свое отражение в окне гримасу боли на лице.

– Нет, – мотает головой муж, – Во всем виноват только я и только я буду до конца жизни нести ответственность за то, что натворил.