Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Ты ушел! Ты ублюдок! Оставил! — Она кричит, и ударяет меня по груди.

Я позволяю ей. Я стою неподвижно, пока ее силы не кончаются и тело начинает падать к моим ногам. Но я ловлю ее прежде, чем она падает на пол, обнимаю ее маленькое тельце. Она рыдает на моей груди, глотая слезы, держась за швы моего жилета своими дрожащими пальцами.

— Ты ушел, — она повторяет снова и снова, пока слова не переходят на шепот. — Ты ушел..."

"Я держу ее крепко. Неуклюже. Потому что я никогда не делал этого раньше. Я никогда не испытывал такой печали и боли, а я должен помочь все исправить.

Моя мать была единственной, кто держал меня так, когда я был мальчиком, и я не могу вспомнить, что должен чувствовать.

Я чувствую, что я хочу прикоснуться своими губами к ее волосам. Но я не могу. У меня есть желание, сжать ее покрепче и поглотить ее полностью. Но я не могу. Я просто не могу заставить себя сделать это.

— Сэрай, — говорю я, осторожно отстранив ее от себя, так, чтобы я мог видеть ее глаза.— Мне нужно, чтобы ты рассказала мне, что случилось.

Расскажи мне все. Что делала Саманта, может какие-то телефонные звонки? Она получила какие-то странные звонки?

Ее лицо выражает обиду.

— Ты думаешь, она сделала что-то? — Она отходит прочь от меня. — Она умерла, защищая меня! Как ты мог подумать, что она имела к этому отношение?!

Я глубоко вздыхаю.

— Нет, я не могу поверить, что она тебя сдала. Саманта была надежна. Только два человека: она и Николас, кроме тебя и меня, знали, где ты была.

Я шагаю вперед и кладу свои руки на ее плечи, в попытке заставить ее понять, и когда она меня не отталкивает, я испытываю облегчение.

— Она была одной из нас, и я всего лишь пытаюсь получить факты.

— Тогда это был Николас, — она сердится при мысли о нем. Ее глаза дикие и суженные. — Он ненавидит меня, Виктор. Он ненавидит тебя за то, что ты мне помогаешь. Я знаю, это был он!

Я в шаге от нее, мои руки покидают ее плечи, я скрещиваю их на груди. Потом потираю рукой свою шею и лицо. Сэрай права. Николас является очевидным ответом и хотя, зачастую, очевидно, оказывается не ответ, ведь на этот раз он должен быть.

Потому что это единственное, что имеет смысл.

Мой брат предал меня.

Глава 23

Сэрай

— Что ты делаешь? — Я смотрю, как Виктор берет пиджак со стула.

Он тянется в карман и достает сотовый телефон, я никогда не видела, чтобы он его использовал.

— Я собираюсь привезти Николаса сюда.

Ошеломленная, я сначала просто смотрю на него. Но потом паника начинает зарождаться внутри.