Чехов. Книга 12. Танец со смертью читать онлайн

Живу тут почти затворницей и обычно говор с котами и своей компаньонкой. Идемте в беседку, чай как раз поспел. Как знала, попросил заварить побольше. Ваш приятель и барышня, что с вами приехала, пусть тоже с нами идут. Плюшей хватит на всех. А за машину не беспокойтесь. Никто ее не тронет.

Фома услышал приглашение, кивнул и направился к автомобилю.

— Интересный у вас друг, — произнесла Ольга, глядя в спину Питерского. — Вроде и силой не обладает, а есть в нем что-то. Я встречала таких людей в Сиберии, в те времена, когда мой отец владел там небольшим алмазным рудником.

Я была мала, но помню их — суровые, лица словно из камня вырезаны. Татуировки на руках, будто с каторги сбежали. Однако, худого не творили, не балагурили и все местные их слушались беспрекословно. Такой там покон.

— Фома Ведович добрый человек, — заступился за Питерского я.

— Он будет таким если с ним по-хорошему. Поверьте, я видела, на что способны подобные ему люди. И не подумайте, я не боюсь вашего друга. Незачем, потому как зла ему я не желаю.

Фома открыл дверь, помогая Арине Родионовне выйти, и они направились к нам.

— Хороший промысел у вашего батюшки, — заговорил я, чтобы сменить тему.

— Был, — поправила меня Ольга. — Смута коснулась и Сиберии. Батюшку убили за этот самый рудник. Местечко отошло каким-то разбойникам. Потом вроде как и разбойников этих порешили. Никому добра не принесли те камни.

— Простите, — произнес я.

— Бросьте, — вновь улыбнулась женщина. И от ее улыбки в уголках глаз собралось множество лучиков морщинок.

— Все, что происходит в жизни, случается неспроста. Отец много работал, чтобы обеспечить семью. Он был приверженцем старого порядка. Гордился первенцем, вторым сыном тоже. Меня матери смог простить только потому, что та обещала ему родить еще одного сына.

— Это ужасно, — выдохнула Арина Родионовна, которая успела услышать эту часть беседы.

— Отец держал супругу в строгости, отчего она не смела поднять глаза от пола. Когда случилась беда, и отца не стало, сыновья быстро продали дом и имущество и были таковы.

Хоронить отца нам с матерью пришлось за проданный ею знак искупителя, который она смогла утаить от моих братьев, когда они срывали с нее обручальные браслеты. Я не помню, чтобы моя мать плакала. Она пообещала мне, что все будет хорошо. И мы ушли с ней в старый храм, где нас приняла настоятельница и позволила остаться там, сколько потребуется. Моя мать умела вести домашнее хозяйство и не гнушалась любого труда. Ее даже грамоте не учили в детстве.