Четвертый брак черной вдовы читать онлайн

Черная кружевная наколка крепилась черным же гребнем к рыжим волосам, теперь уложенным в гладкую прическу — прядочка к прядочке, и вся донна была — благопристойность, чопорность и благородное негодование. Хоэль сразу прикинул — слышала ли жена что-нибудь из сказанного врунишкой и сплетником. Но первые же ее слова уверили, что Катарине не было известно, из-за чего все произошло.

— Зачем вы ударили доброго дона Хименеса? — спросила она строго.

— Признаться, ненавижу врунов, — сказал Хоэль небрежно и пошел, прихрамывая, к дому.

Катарина, конечно же, увязалась за ним, даже не оглянувшись на стонущего «доброго дона». — Он с такой наглостью врал мне прямо в глаза, что воевал при Эль-Фуэнте, что я не сдержался.

— Вы ударили его только за это? — холодно спросила она, но глаза гневно сверкали — красивые, карие глаза. Темные, но прозрачные, словно полные танцующей золотой пыли.

— Вы удивитесь, но многих в этой жизни бьют и за меньшее, — философски ответил Хоэль, переводя взгляд с личика жены на гравий под ногами.

Так ему было спокойнее. Потому что миловидная мордашечка донны могла смутить кого угодно, несмотря на то, что выражала сейчас недовольство.

— Бьют! — не сдержалась Катарина. — Но только животные, а не благородные кабальеро!

— Но вы же знаете, что я вовсе не такой, — насмешливо сказал Хоэль.

— Своими поступками вы будто пытаетесь убедить меня в этом. Знаете ли вы, — она сделала шаг вперед, преграждая ему путь, — что сейчас сюда явится судебный капитан, да и судья тоже!

— С чего бы? — лениво спросил Хоэль, останавливаясь.

Катарина тоже остановилась, едва не сжимая кулаки. Она была ниже его ростом, но, хотя смотрела снизу вверх — все равно смотрела свысока.

— Дон Хименес обязательно подаст жалобу!

— Если слизняк, то подаст, — согласился Хоэль, щелчком сбивая с розового цветка жирную гусеницу.

— Да слушаете ли вы меня?! — воскликнула Катарина, проследив взглядом улетевшее на восемь шагов зеленое мохнатое тельце.

— Давайте-ка зайдем в дом, донья, — сказал Хоэль, обнимая ее за плечи, и она затрепыхалась под его рукой, пытаясь вырваться.

 — Не будем давать своей ссорой повод для новых сплетен, — прошептал он жене на ухо, вдыхая упоительный аромат, исходивший от рыжих волос.

Она тут же присмирела, но едва они оказались за закрытой дверью, отстранилась — тяжело дыша, вся пунцовая, похожая на самую настоящую живую женщину. Или на разъяренную кошечку, но вовсе не на благонравную вдову, в чьих жилах скисшее молоко, а не кровь.