Name: Дерзкие надежды Карабаса-Барабаса
Author: Дарья Донцова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Что если события разворачивались так? Анжелика меняет лекарства, да еще подсыпает в пеналы пилюли, которые утаскивала у Анны Москвиной. Илья Воронов и Лена Голубева едва не умирают. Лика не хочет никаких подозрений в свой адрес, поэтому решает взвалить вину на Игоря. Зубову все считают тихой, неконфликтной, стеснительной. Никому в голову не приходит, что у ангела в душе живет дьявол. Ладно бы, Лика вспылила прилюдно, закричала на соседей по столу, подралась с ними. Ну сдали нервы, ну перегорели предохранители.

Неприятно, однако почти с каждым за жизнь такое случается. Но в случае с Зубовой другая картина. Здесь хорошо продуманное, тщательно спланированное преступление. Сначала тихая мышка несколько раз утаскивает пилюли Москвиной, потом добавляет их в пеналы Воронова и Голубевой, меняет коробочки местами. Все у девочки идет по плану, нарушает сценарий любовь Маслова к творожной запеканке. Появление мальчика неожиданно, но девочка не теряется, использует Дмитрия в своих интересах. Зубова знает, что Маслов труслив, он испугается, что его начнут ругать, при всех опозорят, скажут, что это Дима украл чужой десерт.

Дабы подобного не случилось, подросток готов оговорить Шахова. Тут надо еще учесть: Игорь груб со всеми и делит с Масловым спальню. Тихому Диме от соседа постоянно достается. Думаю, скрипачу не хотелось, чтобы все знали, что он слопал творожник, но еще сильнее он не желал находиться с хамом в одной комнате, в особенности ночью. Скорее всего, Дима боялся Игоря и подумал: «Если психопата выгонят из лесной школы, я перестану просыпаться от каждого шороха, ждать, что Шахов меня задушит».

– Немного странно, что подросток здорово испугался из-за творожного изделия, – заметил Борис. – Так себя ведут дети лет пяти. У большинства тинейджеров другая реакция на обвинения: «Да, сожрал! И че? Ща пойду и еще возьму себе запеканку! Пошли все на..!»

– Паспортный возраст часто не совпадает с ментальным, – улыбнулся я, – и многое зависит от ситуации. Всякий раз, когда вынужден присутствовать на очередном суаре маменьки, превращаюсь в десятилетнего Ваву, который мечтает забиться в свою детскую, а…

Договорить я не успел – раздался громкий звук.

Чей-то палец нажал на кнопку домофона и не собирался отпускать ее. Только одна женщина в моем окружении сообщает так о своем желании войти в мой дом.

– Разрешите открыть? – спросил Боря.

– У нас нет выбора, – вздохнул я. – Хотя выбор всегда есть, просто он мне не нравится.