Name: Гром над Тьмой. Часть 4
Author: Тимур Машуков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Лицо старого воина, покрытое шрамами. Тяжелые брови нависают над глазами цвета ясного неба.

— Дух Грома? —спрашиваю я.

— Изначальный, Предвечный. Я был, я есть и я буду, пока гремит раскатами небо, пугая живущих под ним. Падут миры, уйдет в забытье Творец, но я буду жить, ибо я суть небо, я и есть оно. Незримо я присутствую в каждом живущем, ибо разве каждый удар сердца не есть гром? А молнии — разве это не чувства — такие же яростные и безудержные? Вы, ходящие тропами неба, как никто должны знать об этом и помнить — мы и есть жизнь.

А теперь хватит умных речей. Я знаю, зачем ты здесь, поэтому прими от меня мой дар и мое проклятье вечной жизни.

— Да я как бы и так бессмертен... — что-то мне его слова насчет проклятья не сильно понравились. —Так что согласен только на дар.

— Одно идет за другим, пока еще ты человек, Владислав. Ты поймешь, ты узнаешь. Не сразу, но к тебе придет понимание моих слов. А пока владей и помни — мы есть связь между живыми и мертвыми.

Мы приходим с неба молнией, что связывает одним концом небо с землёй, ибо пройдя через зримое воплощение царства разумных она уходит в землю, царство мертвых. Так и ты однажды уйдешь туда, откуда нет возврата. Тогда ты передашь мой дар своему потомку, чтобы он и дальше нес этот груз. Ибо наше проклятье — жить вечно, видя, как гибнут миры, гаснут звезды и растворяются в реке времени те, кто нам дорог. Путь бога — путь одиночества.

С последними словами он рассыпался на миллионы мелких искр, что закружились в веселом хороводе и растаяли в воздухе.

И тут на мои плечи обрушилась неимоверная тяжесть. Будто гора упала на них и стала давить к земле. Опять мою голову терзали воспоминания о прошлом. Их было много, очень много. Я чувствовал, как рвутся вены и кровь начинает бить буквально из каждой поры в теле. Мою голову словно ломали на части, и казалось, она начинает увеличиваться. Кости хрустели и размалывались в труху. Но лишь затем, чтобы вновь стать целыми и снова сломаться.

Не выдержав нагрузки, я закричал, и мой крик, казалось, разорвал небеса. Мир пошел трещинами, стихии, сорвавшись с цепи, уничтожали саму суть мира. Землю покрыли глубокие разломы, ярко сверкнуло ядро.

Вспышки следовали одна за другой. Я помнил все, я знал все, но это все было обрывочным и стоило мне попытаться зацепиться за что-то, чтобы не сойти с ума, как картинка менялась, и я вновь оказывался в пучине боли.