Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Остальное время все свободные от караульной и разведывательной службы отдыхают, как умеют. Кстати, каждой роте придано по тридцать — не больше! — проституток. Именно проституток, которые обслуживают любого, кто заплатит. Женщину для личного пользования иметь запрещается, чтобы из-за них не было разборок. Я отдыхаю по-своему — каждый день купаюсь в озере и загораю. Погода стоит теплая, но вода все еще бодрящая. Кроме меня никто не отваживается залезть в нее глубже, чем по колено. И валятся голышом на солнце тоже никому в голову не приходит.

Мне прощают эту слабость, потому что фехтую лучше всех и даже умею двумя мечами. Правда, не уважаю двуручный меч, который теперь стал очень моден. Хорошие доспехи можно расколошматить только таким мечом, да и то не с первого удара. Из-за шрама на животе у меня появилось прозвище Счастливчик. Можно считать, что латники нашей роты приняли меня в свои ряды, хотя сначала относились не то, чтобы настороженно, а держали дистанцию, как с чужаком.

Людовик Одиннадцатый снабдил меня стеклянным флаконом темно-зеленого цвета, в котором бурая жидкость, по его словам, очень ядовитая. Не пробовал, поэтому верю на слово. Королю Франции очень хочется, чтобы отраву отведал герцог Бургундский, но я пока не нашел возможность угостить его. К поварам не поступишься. Вокруг шатров герцога, а их семнадцать — по четыре на каждой стороне квадрата и один в центре, днем и ночью два кольца охраны из английских лучников. Пропускают внутрь только избранных.

Ночью охрана стреляет на любой шорох и без предупреждения. Несколько пьяных дураков погибли, выбрав в потемках неправильный курс к своей палатке. Английских лучников в нашей армии около тысячи. Получают, как кутильеры, за что их ненавидят не только кутильеры.

Двенадцатого числа разведка донесла, что приближается Рене, герцог Лотарингский, сеньор Муртена, с Сигизмундом, герцогом Австрийским, и швейцарскими союзниками. Наша пехота после обеда пошла на штурм города.

Видимо, герцог Карл надеялся захватить его до подхода Рене Лотарингского. Атаковали вяло и, встретив дружный отпор, быстро откатились за первый вал. Со стороны штурм выглядел немного комично. Когда сам участвуешь, так не кажется. Карл Бургундский наблюдал за штурмом со склона холма, сидя на массивном белом жеребце. Облачен в полный латный доспех, вороненый и украшенный орнаментом из позолоты. Говорят, миланской работы, стоит полторы тысячи золотых.