Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Просто моя легенда почему-то вызвала у него подозрение, и он решил ее проверить. Если бы он нашел пистолет, ему все стало бы ясно. Однако оружия он не нашел…»

Да, такой вопрос – брать ли с собой пистолет – вставал, когда Гуров собирался в поездку. Однако он отказался от этой мысли – слишком трудно скрыть такую вещь, и трудно объяснить ее наличие, если кто-то вдруг ее найдет. «Ну, а мои записи в блокноте выглядят совершенно невинно, – успокаивал он себя. – Какие-то наблюдения над живой природой. Хотя для мужика моих лет немного странно делать такие записи…»"

"Тут Лев вспомнил рассказ Крячко о звонке в Москву и подумал, нет ли связи между этим звонком и обыском у него в комнате.

Однако человек, звонивший в Главк, спрашивал именно Гурова. А откуда обитатели поместья «Георгий» могут знать о связи между водителем Голубковым и знаменитым сыщиком Гуровым? Для такого сопоставления требовалась очень высокая степень осведомленности, а шалопай Виктор Селезнев или его мама Инесса Максимовна вряд ли обладают такой осведомленностью.

Теперь надо было проверить гипотезу, возникшую у него при осмотре искореженного автомобиля, и Гуров отправился к гаражу. Обогнув его, принялся бродить между кустов, внимательно вглядываясь в почву. Иногда нагибался к самой земле и принюхивался. Тормозная жидкость имеет очень характерный запах, и он в своих поисках полагался на нюх не меньше, чем на зрение. Объединенные усилия двух органов чувств принесли результат. Спустя несколько минут Лев обнаружил ямку, которая выглядела темнее, чем остальная почва.

А ковырнув землю и понюхав ее, явственно учуял запах тормозной жидкости.

– Вот сюда он все и слил, – негромко проговорил он. – А банку выбросил в другом месте, я ее уже не найду. Осталось установить, кто у нас такой умелец? Как его зовут?

Ответ на этот вопрос у него вроде бы уже имелся: Виктор, сын хозяина. У младшего Селезнева имелся явный мотив, чтобы желать смерти отца, имелись возможности для организации аварии – он, по-видимому, разбирался в устройстве автомобиля, и, что важно, у него не было нравственных тормозов для такого действия.

Но это пока что лишь гипотеза, которую следовало проверить и собрать убедительные доказательства вины младшего Селезнева.

– Так что работы мне еще невпроворот, – качая головой, вслух произнес Гуров.

И вдруг услышал свое имя. Кто-то громко звал его, стоя возле гаража. Он выбрался на дорожку и неспешным шагом вернулся к площадке, где обнаружил Аркадия Ширейко.