Яков. Воспоминания (СИ) читать онлайн

Надев шляпу, я уже шагнул в дверной проем, когда услышал ее слова.

— Рядом с Вами есть женщина, — сказала гадалка вкрадчиво. — Вы скрываете друг от друга Ваши чувства?

Против своей воли я остановился, прислушиваясь.

— Ей грозит опасность, смертельная! — встревожено проговорила мадам ле Флю. И тут же смешала карты, — Впрочем, Вы же не просили о гадании…

— Что за опасность? — спросил я ее.

— Ну Вы же не верите во все это! — сказала гадалка. И добавила, кокетливо взглянув на меня снизу вверх: — Или верите?

Я усмехнулся в ответ и вышел.

Гаданиям я не верил, разумеется. А вот в то, что меня сейчас пытались пугать, верил стопроцентно. Переиграла мадам ле Флю, увлеклась. Если бы она остановилась на первом акте, я бы, скорее всего, поверил ей. Но она не смогла. И теперь я уверен, что мадам имеет отношение к расследуемым мною смертям или, по крайней мере, что-то об этом знает. В противном случае, поостереглась бы она угрожать полицейскому следователю, пусть и столь завуалированно.

И все же я почувствовал тревогу из-за ее слов.

Есть две женщины, от которых я скрываю свои чувства. Нина, ошибочно уверенная в моей к ней привязанности, и Анна, считающая, что я… Не знаю даже, что она думает обо мне теперь, но точно не знает о моих истинных чувствах к ней. Кого из них имела в виду мадам ле Флю? Впрочем, не слишком ли много значения я придаю этой гадальной чепухе? К мадам гадалке, несомненно, следует присмотреться крайне внимательно. Но принимать ее гадания всерьез — это уже слишком.

Утром следующего дня Коробейников доставил в управление господина Терентьева. Как и было приказано, под конвоем. Тот был, разумеется, разъярен таким обращением и сходу ринулся в бой. Отлично, я тоже был не прочь подраться! Мне доставит удовольствие осадить этого наглеца."

"— Да как Вы смели! — орал мне Терентьев. — С городовым, через весь город! Это позор!

— А что в дверях-то? — спросил я его небрежно, намеренно не вставая ему навстречу. — Садитесь. В следующий раз подумайте, прежде чем полицейского чиновника из дому выставлять, — посоветовал я ему.

— Что Вам от меня понадобилось-то? — все еще возмущенно, но уже гораздо тише спросил Терентьев.

— Есть основания полагать, что Ваш батюшка был отравлен, — сообщил я ему. — Имел ли кто причины желать ему смерти?

— Мой батюшка был уважаемый человек, — заявил Никита Савельич. — Его все любили.

— А вот это мы знаем, — сказал я ему. — Вот только говорят, что Вы сильно с ним не ладили.