Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я не смог ждать, сидя на одном месте, и пустился бродить вокруг.

— Анна Викторовна, — окликнул я ее, возвращаясь на аллею, — добрый день.

— Яков Платоныч, — она улыбнулась мне нежно и радостно, как всегда.

Может, и не случилось ничего? Может, этот стареющий бонвиван просто меня разыграл, заметив мои чувства к любимой племяннице? Господи, пусть это будет так! Клянусь тебе, я пальцем его не трону, слова не скажу, только пусть это окажется розыгрыш. Я не могу потерять ее!

Выглядела Анна расстроенной и как будто усталой.

Но мне она была рада, я видел это. Видел!

— Как Вы? — спросил я, беря ее руку.

Нелепый, глупый вопрос, но ничего лучше мне не пришло в голову.

— Хорошо, — ожидаемо ответила она, не отнимая руки. — Слава Богу, с утра никаких происшествий не случилось. Хотя я знаю, что у Вас уже…

— Да, — ответил я. — К счастью, пострадавший жив.

Мы медленно шли по аллее, держась за руки, будто дети. Я ощущал ее руку в своей, смотрел на нежный профиль, на упрямый завиток на виске, вечно притягивающий мою руку.

Казалось, все было как всегда, и даже лучше того. Но я не чувствовал обычного покоя, всегда охватывающего мою душу рядом с ней. Да и Анна Викторовна, пусть и вела себя, как обычно, выглядела напряженной. Что-то было не так, но я не хотел верить в то, что упрямо лезло мне в голову. Я думал, мне достаточно будет лишь увидеть ее, и все мои страхи исчезнут. Но они не уходили. Напротив, становилось все страшнее с каждым словом, с каждым шагом.

— Я был у Разумовского, — попробовал я перевести разговор на пугающую меня тему.

— Попросил прислугу составить список, кто приходил накануне исчезновения Элис.

— Да, Элис, — сказала Анна Викторовна, не отреагировав на мое упоминание о князе. — Мне до сих пор, знаете ли, не верится, что она попала.

— Одно дело закрыто, — сказал я, останавливаясь так, чтобы видеть ее глаза, — а здесь опять стрельба.

Глаза были такие же чудесные, как всегда, только более грустные, нежели обычно.

Все, не могу больше бояться. Эта неизвестность невыносимее всего.

Я просто спрошу, и все закончится, так или иначе.

— Вас можно поздравить? — задал я свой вопрос.

— С чем? — не поняла Анна Викторовна.

— Говорят, замуж выходите? — спросил я, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал, как обычно.

Даже улыбнуться смог. Улыбка, кажется, получилась кривоватая, но уж какая есть.

— Ну, это Вы с чего взяли? — спросила Анна Викторовна.