Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Но я думал, что тебе не захочется об этом говорить…

– Почему?

– В следующий понедельник мы встретились в школе, но ты ничего не сказала и даже со мной не поздоровалась. Потом я пытался с тобой поговорить, но я для тебя словно не существовал. Было такое впечатление, будто ты… ну, не знаю… будто ты раскаивалась. Ты делала вид, будто ничего не произошло.

– А как это было? Расскажи мне.

– Ладно. В тот вечер ты ко мне внезапно подошла и сказала: «Пойдем отсюда, я хочу заняться любовью». Я этого никогда не забуду.

– Прямо так я тебе и сказала?"

"Себастьяно улыбается, потом смущается. На самом деле ты мне сказала: «Пойдем отсюда, я хочу трахаться». Но в конечном счете смысл, видимо, был таким. – Себастьяно не знает, что еще добавить, поигрывает руками, складывает их: ему явно неловко, но потом он находит выход: – Хочешь еще немного мороженого?

Даниэла улыбается:

– Да, спасибо, с яичным кремом и с орешками кусочками.

– Отлично, я мигом!

Себастьяно достает из чашки с водой половник и вылавливает им из лотка уже немного подтаявшее мороженое.

Даниэла на него смотрит; он вызывает у нее умиление.

– В тот вечер я приняла таблетку, я была не в себе. Ты был первым, кто мне попался, и это, конечно, наркотики привели меня в такое состояние, такое похотливое. Обычно я себя так не веду.

Себастьяно дает ей стаканчик с мороженым.

– Но я этого не знал, я не мог этого знать – иначе бы я этого не сделал. Я думал, что ты поняла, что мне нравишься, и хотела быть со мной именно поэтому. Когда ты мне это сказала, я не поверил: подумал, что это шутка.

Я хотел тебя спросить, правильно ли я понял, но боялся, что ты можешь передумать. Так что я ничего не сказал, и ты отвела меня за руку в тот туалет.

Даниэла не может поверить, что она себя так вела: еще немного, и она бы сама его изнасиловала.

Но Себастьяно этого не замечает и продолжает:

– В тот вечер, вернувшись домой, я написал для тебя стихотворение, но так никогда и не решился тебе его прочитать.

– Мне было бы приятно его послушать, если ты его не потерял.

Тогда Себастьяно переносит всю тяжесть на правую ногу, сует руку в задний карман и вынимает сложенный листок.

– Я хранил его в ящике моего письменного стола и не думал, что когда-нибудь я тебе его прочитаю… «Нет таких чисел, изобретений или открытий, чтобы объяснить миру, какая ты красивая. Даже школа стала для меня самым интересным на свете местом, и знаешь, почему? Потому что там ты. Красота вчерашнего вечера меня ошеломила.