Гезат читать онлайн

Квинт Туллий Цицерон, решив блеснуть перед дорогим гостем, приказал организовать праздничный пир вольноотпущеннику, а не жене, как догадываюсь, никчемной хозяйке. Помпония отказалась присутствовать на пиру и отослала обратно кушанья, присланные в ее комнату, заявив, что ничего не возьмет от тех, кто с ней не считается. Более того, ночью не впустила мужа, так что легат отправился в далекую страну на долгий срок, не разговевшись. По его словам, такой фортель Помпония выкидывает не первый раз. При этом без выпендрежа взяла деньги, оставленные мужем, несмотря на то, что с ней не считаются.

На мой вопрос, почему не разведется, Квинт Туллий Цицерон ответил, что пришлось бы возвращать приданое, которое Помпония промотала в первые годы после свадьбы, а таких денег у него сейчас нет, потому что, благодаря жене-мотовке, не успевает накопить.

95"

"Утром мы караваном из шести арб и почти полусотни всадников, среди которых были сыновья Цицеронов, два довольно наглых, скандальных юноши, полные противоположности своих отцов, отправились по замысловатой траектории в Бриндизиум.

Двигались неторопливо, делая километров двадцать пять в день. Часть пути проходила по Аппиевой дороге. Она считается царицей дорог из-за своей важности. По ней в Рим поступают товары из Греции, Азии, Египта, которые выгружаются в Бриндизиуме, расположенном на западном берегу пролива Отранто — самом узком месте Адриатического моря. На Балканском полуострове у нее есть продолжении — Эгнатиева дорога, идущая до Фессалоник. Аппиева вымощена большими камнями, так что износа ей не будет. В чем я мог убедиться в начале третьего тысячелетия новой эры. Сейчас по обе стороны дороги стоят статуи, памятники, фамильные склепы. У римлян считается большой честью быть захороненным возле дороги, чтобы путники могли полюбоваться их усыпальницей. Как будто покойникам это важно. Все эти склепы разграбят и почти все разрушат. Когда я побываю в этих местах через пару тысяч лет, останутся единицы, причем, как сейчас вижу, самые зачуханные. Их не разломают, наверное, потому, что не будут вызывать созидательное чувство зависти.

По пути мы все по очереди должны были развлекать проконсула Марка Туллия Цицерона. Не трудно было догадаться, что новая должность ему в тягость, что в гробу он видел эту Киликию и любое другое место за исключением Рима, поэтому в нашу обязанность входило всякими способами отвлекать его от грустных мыслей.