Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Девушки и молодые женщины при этом успевали принимать изящные позы и кокетливо хлопать ресницами на все четыре стороны. Мужчины — многообещающе им улыбаться. В общем, все, как всегда.

Наше вроде бы незаметное появление мгновенно стало достоянием местной «общественности». Видимо, скандальное бегство невесты всесильного герцога Саллера с нищим графом Ольесом наделало в свое время достаточно шума и еще не забылось. На нас косились — с осуждением, возмущением, любопытством. За спинами слышался возбужденный, злорадно-ехидный шепоток.

Хорошо хоть пальцами в лица не тыкали, воспитание не позволяло. Нашлись и те, кто сдержанно кивал — в основном, брату, впрочем, близко эти доброжелатели тоже не подходили.

— Когда я попросил бога избавить меня от врагов, куда-то вдруг пропали все друзья, — насмешливо пробормотал Петька после того, как очередной молодой аристократ, встретившись с ним взглядом, побледнел, покраснел, проворно отступил и затерялся за чьими-то широкими спинами. — Наверняка ведь один из многочисленных приятелей бедолаги Трэя.

Маркиза Астона, отца Мэарин, среди присутствующих я не заметила, как ни старалась, герцога и его родителей тоже. «Выйдут вместе с королем», — утешила себя и принялась с любопытством наблюдать за «почтенной публикой». Пригодится.

Неожиданно неподалеку обнаружилась Истель, беседовавшая с грациозной, затянутой в зеленый шелк женщиной. При виде меня юная маркиза Тонтен приветливо разулыбалась и махнула рукой. Стоявшая возле нее незнакомка обернулась, окинула меня холодным взглядом, о чем-то спросила девушку, после чего приподняла безупречно ровные дуги бровей и надменно поджала губы.

В ее прекрасных изумрудных глазах мелькнуло странное чувство, похожее на ненависть. С чего бы? Насколько я знаю, мы раньше не пересекались. Ни в этой, ни в той, прошлой, жизни Мэарин Астон.

Враждебное внимание посторонней красавицы было неприятно. Я поспешно отвернулась и заметила мелькнувшее сбоку в толпе мужское лицо, которое показалось смутно знакомым. Этот человек явно вызывал у Мири самые противоречивые чувства — неприязнь, раздражение, даже страх.

Попыталась «вспомнить», кто он, но не успела…

— Его величество Танфрад Пятый, милостью Танбора король Намарры, — возвестил знакомый церемониймейстер и разговоры в зале мгновенно стихли.

Все замерли, преданно уставившись на пустующие пока кресла.

Самодержец появился из прикрытой декоративной портьерой двери за возвышением в сопровождении ее величества, сыновей, дочери и герцога Фоарнского.