Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Протянув руку, я коснулся ее лица:

– Клянусь и я, Хелен, пусть ты этого не требовала. Клянусь Господом нашим…

Странно, наверное, выглядели мы со стороны. Красивая, благородная женщина со сломанной рукой и богемного вида мужчина, шепчущие друг другу что-то с каменными, напряженными лицами. Хорошо хоть, что первой мыслью при взгляде на нас будет мысль о тайной встрече любовников неравного происхождения.

– Я верю тебе, – сказала Хелен.

– Миракулюс.

– Что?

– Страна Чудес на Капри. Старый лекарь считает, что для мальчика это самое радостное и светлое воспоминание в жизни.

Он будет добираться именно туда. Скорее всего уже там. Или по меньшей мере был в Миракулюсе.

Лицо Хелен чуть просветлело.

– Возможно. Не факт, Ильмар, но возможно… Ты молодец.

– Это не я, это старый барон.

– Все равно ты молодец. Смог так себя повести, что лекарь дал совет. Говорят, что лекарям ни в чем верить нельзя, но тут я готова рискнуть. Одно плохо – Миракулюс как укрытие на поверхности лежит. Неужели в Доме до сих пор не подумали о нем?

– Не знаю.

Надо проверить.

– Согласна, Ильмар.

– И не стоит медлить. Знаешь… не обижайся, но я бы предпочел узкой койке кресло за твоей спиной.

– Затейник. – Хелен стрельнула глазками. – Очень экзотично.

– Хелен, я не шучу. Нам надо спешить.

– Планёры ночью не летают, Ильмар.

– Тебя что, зря Ночной Ведьмой зовут?

– Ильмар, я два раза ночью летала. Не приведи Господь. Даже альтиметр тут не всегда выручает, особенно на незнакомой трассе. А уж восходящий поток ночью поймать… Нет, любезный граф, вам придется пригласить меня в гости.

– Знаешь, я не слишком огорчен, – признался я.

Комплексов у Хелен никаких не водилось. То ли все высокородные такие развратники, то ли в ее роду кровь горячая, то ли риск, в котором летуны живут, действует…

Полночи мы занимались любовью – с пылом юнцов, впервые вкусивших запретный плод. Несколько раз я был готов взмолиться о передышке, но Хелен каждый раз ухитрялась завести меня снова. Только под утро, когда уже начало светать, летунья угомонилась и мирно заснула.

А я лежал на краешке постели, смотрел в окно, крутил в руке бокал с выдохшимся шампанским, то ставя его на пол, то снова беря в руки. И было в душе странное, тоскливое ощущение неправды.

Словно я купил гулящую девку на ночь. Нет, с ней было бы проще и честнее. Хелен ведь я тоже купил – не деньгами, правда, откуда у меня такие деньги. Полезен оказался – вот и расплатилась Хелен… по-своему, по-женски…

Мысли были злые и несправедливые.