Name: Непристойный танец
Author: Александр Александрович Бушков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Куда бы они ни собрались, рассчитывают пробыть там недолго – иначе почему не отпустили фиакр? – но рискнуть все же придется, если хочешь понять что-то в мрачной интриге, захватившей тебя помимо твоего желания…

Сабинин быстрым шагом последовал за ними. Вошел во двор дома номер семь по улице Меттерниха. Он передвигался практически бесшумно благодаря купленным сегодня утром туфлям на резиновой подошве. Оказалось, авторы детективных историй, расписывавшие достоинства такой обуви, ничуть не преувеличивали, начиная с Конан Дойля и кончая сонмом эпигонов, – и в самом деле собственных шагов не слышно даже тебе самому…

Он выглянул из-за угла как раз вовремя, чтобы увидеть, как троица скрывается во втором от угла подъезде.

Тут же направился следом. Дом был из респектабельных, а потому входная дверь открывалась почти бесшумно, пружины и петли отлично смазаны…

Нет, в парадном его не ждала засада – зато вверху, на лестнице, явственно раздавались шаги неспешно поднимавшихся людей… Сабинин на цыпочках крался следом, то и дело сторожко останавливаясь.

На последнем, четвертом этаже пошел быстрее, осторожненько выглянул из-за поворота лестничного марша.

На площадке, как и на других этажах, было лишь две квартиры – и те, за кем он следил, пошли влево. Уверенно повернулся в замке ключ, троица вошла, заперев за собой дверь.

«Квартира номер пятнадцать», – отметил для себя Сабинин. И быстренько спустился вниз, посмотрел на доску, где значились имена жильцов, как оно и водится в приличных домах.

Все восемь отделений заполнены визитными карточками. Под пятнадцатым номером значился «Карл Альфред Беннеке, дипломированный архитектор». Интересно, существует такой на самом деле или он сродни князю Трайкову?

Выйдя на улицу, он быстро огляделся и направился к скамейке, которую надежно загораживала от глаз выходивших из подъезда зеленая деревянная беседка, увитая многолетним плющом, зато для него это был идеальный наблюдательный пункт.

Он уселся, надвинул мягкую шляпу на глаза, откинулся на выгнутую спинку, придав себе вид беззаботного лентяя, не озабоченного поисками хлеба насущного.