Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но дама сама толкнула меня на кровать, одной рукой схватила за член, а другой рукой положила мою ладонь себе на голую грудь! И почти сразу она села на меня сверху и приложила мой пенис к своей влажной розе! Немного потёрла головку о свои тайные губы и стала сама насаживаться на мой кол! О-о-о!! Вот это – кайф!!! Головка, окутанная влажным бархатом вагины, медленно продвигалась, рассылая по всему телу волны несравненного наслаждения. Нежные ворсинки тайного женского бархата ласково щекотали тонкую кожицу головки, маня глубже и глубже… О-о-о!!! Скольжение!!! О-о-о! Извержение!!! И снова… и снова… О-о-о, вот если бы так, да с мамулей…!!! О-о-о…

Часть 5.

Разоблачение

Когда он извергся в меня первый раз, я ещё могла контролировать себя. Я слезла со всё ещё твёрдого кола и хотела молча уйти, как полагалось по роли. Но он так нежно и жадно вцепился в меня, прося остаться, что я поддалась. Теперь я легла вниз. Сколько раз он закончил я не знаю.

Сама я была почти в полной отключке, трясясь в сплошной цепочке оргазмов, и все мои силы уходили на то, чтобы сдержаться и не закричать. Наконец он иссяк и опал. Какое-то время мы лежали рядышком и приходили в себя. Не было сил даже пошевелиться. Необыкновенное и небывалое чувство полного счастья растекалось внутри меня. Хотелось, чтобы так длилось вечно… И ещё, вдруг, захотелось снова пережить беременность, роды и новое счастье материнства… Трудности, связанные с этими периодами жизни, уже подзабылись, а радости, со временем, вспоминались всё чаще и ярче…

Но, увы! Мне, по роли, надо было молча уйти! С трудом я сползла с кровати, кое-как натянула одежду, нащупала на полу пальто и шляпку.

Превозмогая желание остаться, вышла…

На следующее утро Пашенька был мечтательно задумчив. День прошёл как обычно. Вечером Паша, по обыкновению, пошёл ""гулять"", то есть смотреть моё ""шоу"". Но, в этот раз, у меня не было желания устраивать стриптиз.

Я просто встала обнажённая перед окном и смотрела в темноту… В голове у меня крутилась навязчивая мысль: ""Неужели ЭТО не повторится??"".

На следующий день Пашенька был какой-то немного нервный. Я спросила его:

– Ты хочешь что-то сказать, но не знаешь, как начать?

Он сдавленно сглотнул и, молча, кивнул. Я ласково улыбнулась и погладила его по голове:

– Ну, говори. Надеюсь, ничего плохого не будет.