Её (мой) ребенок (СИ) читать онлайн

Я никогда не позволял себе возвращаться туда, жестко купируя все попытки памяти скользнуть в эту сторону. А теперь… теперь что уже… амнезия теперь не спасет.

Напротив, рядом с входом в палату сидит Лившиц с планшетом. Периодически с кем-то созванивается по делам…

Мой взгляд иногда скользит по нему.

— Медведев, поезжай домой. Поздно. Маша волнуется.

Он следит за моим недоброжелательным взглядом на Лившица.

— Я ей позвонил. Маша за тебя волнуется.

Несколько раз к нам подходит врач, пытаясь объяснить, что Марьяна будет спать до утра.

— Лови… — скидывает что-то мне Медведев.

— Что это?

— Отчет с места аварии.

Пролистываю фотки. И экспертное заключение. Нет, Лившиц в аварии не виноват — трезв и правил не нарушал. Но… только одна маленькая деталь… Встречная летела со стороны водителя. И, судя по схеме, ему пришлось как следует вывернуть руль, чтобы тачка влетела не в него, а со стороны Кошкиной. Рефлекс самосохранения? Другие обстоятельства и тачки на дороге? Не было времени на оценку ситуации? Винить за это нельзя.

Поднимаю на него снова глаза. Встречаемся взглядами.

— Кто Вы? Что Вам нужно от Марьяны?

— Кто спрашивает?

— Я же сказал, — недовольно.

— Вы соврали.

— Окей. Муж будущий.

— В этом Вы, господин Лившиц, тоже заблуждаетесь.

— Почему это.

— Это Вам Кошкина сама объяснит, как придет в себя.

Да тебе конец, Лившиц, за то, что Алёнка осталась в детском саду в неведении — где мама.

«Завтра суббота, — вспоминаю я. — садик не работает и… Куда ж её денут?! «Опеке» отдадут?»

— Медведь.

— М?

— Алёнку надо забрать. Завтра суббота.

— Кто ж тебе её отдаст? Мать должна написать доверенность.

— Она на меня никогда ее не напишет. Скорее на этого Лившица, — понижаю я голос. — Родители у нее в Норильске. Пока найдём их, пока доберутся… Да там и самолёты не всегда летают зимой. А забрать надо утром!

— На Лену пиши, на сестру. Она ее воспитатель и уже по факту знакомый, близкий человек.

— Есть…

За ресепшеном опять никого. Я вытаскиваю лист из принтера и отыскав в интернете форму для доверенности пишу.

А что, если Кошкина всё-таки совсем отмороженная и Алёнка моя?

— А, черт… — строчка уезжает вниз.

Скомкав бросаю в ведро и пишу заново.

— Что Вы делаете? — притормаживает проходящая мимо медсестра.

Показываю ей удостоверение.

— Я у вас лист бумаги одолжил и ручку.