Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Озеро спешило щедро напоить их силой — и все ярче светился стеклянный шар, все ослепительнее били лучи из пряжки пояса.

А Хранителю с трудом давался каждый шаг, пот заливал лицо. Мощь, пробужденная заклинанием Аунка, была исчерпана в немыслимой битве, и теперь наступала расплата. Тело терзала жестокая боль, меч стал неподъемным, его хотелось бросить. Мозг, измученный молниеносными решениями, отказывался напомнить, зачем Орешек бредет по льду и что он должен сделать.

Рядом всплыло лицо — потрясенное, застывшее от ужаса.

Между лицом и Орешком сиял сиреневый шар — будоражил, не давая потерять сознание, без слов говорил о чем-то…

Медленно, с трудом Орешек начал поднимать меч. Последние силы, не сгоревшие в бою, вкладывал он в это вязкое движение. Противник не пытался защититься. По лицу его текли слезы.

Внезапно на Орешка снизошло озарение, дивное и ясное. Чуть отклонив идущий вниз клинок Сайминги, он направил его не на голову беспомощного врага, а на стеклянный шар.

Сайминга ударила наискось, хищно и точно, словно понимала, что не каждому клинку выпадает такое…

Шар разбился вдребезги, осколки брызнули во все стороны, сиреневое сияние затопило все вокруг.

Айрунги, очнувшись, надрывно закричал, и откуда-то с небес ответил ему другой вопль. В ином мире, в Черном замке разлетелся стеклянным дождем Большой Шар, осколки хлестнули по лицу и рукам чародея, но не от боли выл он на два мира, а от безысходного отчаяния, от острого осознания того, что рассыпались великие, тысячу раз продуманные планы…

Порвалась магическая нить, связывавшая Шары, — и содрогнулся в корчах Подгорный Мир.

Гигантские волны прошли по морям, вышвыривая из глубин чудовищ, никогда прежде не видевших света. Выли вулканы, яростно заплевывая склоны багровой лавой. Прозрачные скомканные складки пространства пришли в движение, сминая равнины, круша скалы, заставляя гигантских монстров в безумии вонзать друг в друга клыки и когти.

И когда утих, угомонился Подгорный Мир, разворошенный магическим вихрем, иным стал лик его, иные тайны хранил он с того дня.

Мир Людей слабее испытал удар разорвавшейся магической цепочки. Лишь пронеслась буря над Недобрым лесом — страшная, вырывающая с корнем деревья, — да по всей округе металась, вырвавшись из загонов, скотина. Дальше от Недоброго леса мир не почувствовал ничего — разве что мучили той ночью людей тяжкие, дурные сны…

Айрунги не было дела до потрясенных миров.