Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Семенящими шажками приблизившись к ажурной решетке, невольницы несколько раз сильно взмахнули опахалами.

По листьям пробежала легкая дрожь. Грязно-белые лепестки зашевелились, словно цветок встрепенулся. Послышалось тихое щелканье, оно превратилось в жужжание. Звук становился все громче и громче, стал походить на нехитрую мелодию. Ветви, до сих пор свисавшие вдоль ствола, приподнялись и начали осторожно шарить вокруг, словно руки слепого.

Светоч распахнул глаза и зачарованно следил за каждым движением гибких ветвей.

Жужжащая тихая мелодия завораживала, подчиняла себе тело и разум, заставляла предаваться грезам наяву.

Но рабыни, продолжающие взмахивать опахалами, не могли позволить себе забыться: они внимательно следили, чтобы плавающие в воздухе гибкие ветви не вцепились в опахало, не оплели, не вырвали из рук. Невольницы знали: растяпу заставят перебраться через ограду, забрать потерянную вещь и принести обратно…

Поющее растение было хищником. Гибкие ветви щетинились крепкими изогнутыми колючками, которые умели глубоко и беспощадно впиваться в добычу.

Саженец поющего дерева, добыча грайанских Подгорных Охотников, был доставлен в Нарра-до из-за моря. Торговец рассказал, что у себя в Подгорном Мире растение подманивает пением животных и разрывает их на куски, чтобы удобрить кровью почву вокруг корней."

"Здесь, во дворце, редкостное дерево поливали овечьей кровью. Чтобы оно не лишилось своих удивительных свойств, в ограду время от времени запускали собак, ягнят, а иногда и провинившихся рабов.

У человека хватало сил вырваться из колючих объятий, но он оставлял на цепких ветвях клочья кожи.

Поэтому прислужницы были очень внимательны и не позволяли коварному деревцу ухватиться за ручку опахала.

Наконец невольницы, краем глаза следившие за своим повелителем, заметили небрежный жест, разрешающий им уйти, и с поклонами удалились.

— Интересно, сколько лет может прожить это растение? — задумчиво молвил Светоч.

— Этого не знают даже Подгорные Охотники, — огорченно откликнулся Нхари-дэр.

— Что ж, — оторвался Светоч от созерцания своего любимца, — пойдем посмотрим на другую мою опасную диковинку.

— Мой повелитель, не лучше ли тебе отправиться на моление Единому? Как бы твое отсутствие в храме не замутило нежный мир между тобой и той, которую я не смею назвать по имени…

— Нет! — строптиво вскинул голову Светоч.