Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он был рожден не для любви, а для мести. Его мать… по-моему, она была не в своем уме… Да разве в здравом рассудке можно дать сыну такое имя — Самое Страшное Несчастье? Для кого несчастье? Для Великого Грайана! Она растила мстителя!

— Но подумай, сколько ей пришлось пережить… — тихо сказал Илларни.

— Я все понимаю! Я слышала сказание о падении Эстамира. Конечно, это было ужасно — маленькая девочка в разрушенном городе… Наверное, тогда ее рассудок и повредился.

— Другие женщины растят детей для будущего, — вздохнул Илларни, — а эта несчастная — для прошлого…

— Вот именно! Она с детства не давала ребенку забыть, что его отцом был последний принц Эстамира, из-за грайанских захватчиков ставший нищим калекой.

Она растила сына королем мертвого королевства! Он жил ради мести, дышал, бредил ею, а когда полюбил дочь своего врага — счел себя предателем.

— И страшно мучился, знаю… Мне рассказывал Орешек… то есть Ралидж, — поправился Илларни и сочувственно взглянул на бывшую ученицу. — Бедная ты моя девочка… и бедный Юнтайо, мне так больно за вас обоих…

— Ладно, учитель, не жалей меня.

Теперь у меня другой возлюбленный — сам великий Грайан. Подумай о нем и ты, Илларни…

— Опять ты за свое, глупая девчонка! Сколько раз тебе повторять: не знаю я тайны Души Пламени! Я морочил убийц, чтобы спасти себя и Арлину!

— А что сокрушило статую Хмурого?

— Гнев богов, что же еще?

— А мое давнее спасение из засыпанной шахты?

— А при чем тут я? Если Юнтайо и владел тайной, он унес ее в Бездну!

От волнения голос Илларни стал прерывистым, старик начал задыхаться.

Орешек уже решил войти и прекратить это издевательство над больным человеком, но Нурайна сама поняла, что ее собеседнику плохо.

— Прости, учитель. Поговорим об этом позже, когда к тебе вернутся силы…

Орешек успел отойти к борту и изобразить ленивый интерес к закатным лучам, дробящимся на мелких волнах. Нурайна тоже встала у борта и мрачно устремила взгляд в морскую даль. Орешек обернулся было, чтобы все-таки войти в каюту, но услышал скрип и увидел в щель закрывающейся двери тощую длинную спину.

Проклятый колдун опередил его… так и трется возле хозяина.

* * *Айрунги и в самом деле много времени проводил у постели астролога. И не только потому, что опасался, как бы дорогие соотечественники не уронили его нечаянно за борт. Просто этим двум людям, очень разным по сути своей, было хорошо вдвоем. Была у них общая черта — любовь к неизведанному.