Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

О том, как мальчишка потерял покой из-за той, на которую и смотреть мог лишь украдкой, о том, как пытался выбить клин клином, заставлял себя полюбить другую женщину, но понял, что даже сильный человек не пересилит собственное сердце. Как уходил, словно в спасение, в самые страшные, самые опасные складки Подгорного Мира, чтобы в схватках с неведомыми грозными силами забыть хоть ненадолго о разъедающей душу безнадежной любви. Как однажды, глядя в черное небо с двумя лунами, вдруг понял: это и есть его настоящий мир.

Мир, который не сотворили Безликие и над которым они не властны. Мир, куда не ступали Двенадцать Магов и где не хозяйничают их потомки. Мир, где в вихре прозрачных движущихся складок двое могут быть просто мужчиной и женщиной — и никто не запретит им этого. Дивный мир, ежедневно меняющий свое лицо, никогда не застывающий в постылом и скучном однообразии…

— Ты сама это чувствуешь — верно, любовь моя? Ты — своя, здешняя, ты по ошибке рождена за Гранью. Я — король Подгорного Мира, ты — королева… прими же власть над своими землями, государыня!

Керумик был красноречив и пылок, в золотистых глазах полыхала страсть — неподдельная, давно выношенная в сердце и теперь прорвавшаяся наружу.

На беду Охотника, Дочь Клана перестала понимать его выразительную речь в тот самый миг, как прозвучало слово «любовь». Оно обожгло гордость женщины, заставило встрепенуться, вскинуть голову, твердо сжать губы. Сейчас она думала не о том, что любит другого. И не о том, что дома ее ждут двое детей.

Нет, высокородную госпожу потрясло то, что ничтожество из Семейства смеет влюблено пялиться в лицо Волчице… О Безымянные, эта тварь еще и разговаривает!..

Завораживающий жаркий голос не давал собраться с мыслями, но едва Керумик замолчал, оскорбленная женщина качнулась вперед, взмахнула рукой — и оглушительная оплеуха обрушилась на физиономию наглеца.

Голова Охотника мотнулась от удара, но парень не вскинул руку, чтобы защититься. Кончиком языка слизнул каплю крови с разбитой губы и спокойно, даже весело сказал:

— Ничего, это пройдет…

— Убила бы тебя! — от всей души выдохнула Волчица.

Керумик понимающе кивнул:

— Я так и думал. И что ты будешь здесь делать одна? Побежишь к своему Соколу? Ну беги…

Арлина с ужасом поняла, что мерзавец прав. Она здесь проживет не дольше, чем слепой котенок среди стаи голодного воронья. И Араншу не выручит, и мужу не поможет, и близнят сиротами оставит.

Так что ж теперь, уступить свихнувшемуся рыжему наглецу?..