Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В новом сне какое-нибудь особо жуткое чудище пообещает сожрать спящего, если он не прекратит сеять рознь меж Силураном и Грайаном. Принц суеверен, на него это должно подействовать.

* * *— Нет, и не успокаивай меня! — набычился Нуренаджи. — Такие сны зря не снятся! И мы его видели оба, ты и я… Сон не простой! Это к смерти! Вот только к твоей или моей?

Принц с неожиданной злобой поглядел на стоящего рядом Верджита, словно прикидывал: не надо ли его быстренько убить, чтобы зловещее предсказание сбылось, не затронув собственную драгоценную персону Нуренаджи.

— Это к смерти одной из дворцовых кошек, мой принц! — с улыбкой отозвался высокий молодой человек. — Если эта дрянь опять начнет мяукать у меня под окном. Повадилась тут одна — орет и орет, как в Первотравном месяце…

— Ты смеешь шутить?! — огневался Нуренаджи тоном, достойным самого Нуртора… ну, почти достойным.

Улыбка исчезла с красиво изогнутых губ Лебедя. Он заговорил серьезно:

— Да, сны порой открывают людям будущее… но не тогда когда снятся двоим одновременно.

И не тогда, когда неподалеку притаился враг-чародей.

— Ты это о ком?

— О незаконнорожденной сестрице Джангилара.

— При чем здесь Нурайна? Разве она…

— Да, мой принц. Она чародейка, хоть и скрывает это. И она дважды срывала наши планы. Тот случай возле храма не был глупым недоразумением. И Донного Червя убила тоже она.

— Надо же! А по ней не скажешь! Я на нее за обедом поглядывал — такая спокойная, невозмутимая…

— Щука, когда карася слопает, тоже спокойная, невозмутимая.

Принц пропустил реплику собеседника мимо ушей.

— Такая величественная! И красивая… Хоть и не молоденькая, а все равно красавица. И чего ее до сих пор никто замуж не взял?

— Нурайна — сильная личность. Сильной личностью лучше восхищаться со стороны. Впрочем, Вепрь может выбросить эту особу из головы. Это моя добыча. Я тоже маг, и моя гордость задета… Но все, кажется, уже собрались, пора и мне… Позволит ли мой принц?..

Нуренаджи отпустил его коротким хмурым кивком.

Верджит взял с пыльного подоконника грубо сделанную маску. Белая голова птицы должна была изображать лебедя, но больше походила на поседевшего от ужаса стервятника: наклеенные на плотную бумагу перья торчали дыбом. По принятому в Стае правилу каждый должен был изготовить маску своими руками, а тут уж магия — плохой помощник…

Водрузив это уродство себе на плечи и превратившись в невообразимую тварь из Подгорного Мира, Верджит исчез за дверью.