Name: Козлёнок Алёнушка
Author: Дарья Донцова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Если сантехник ошибся воротами, попытался зарулить в те, что предназначены для хозяев, то каким образом он их открыл? Они же подчиняются пульту. Возможно, постоянному мастеру выдали пульт, но ведь не от хозяйского же въезда! Вот что меня удивило, когда я наблюдала за попыткой чумазой тачки вкатиться на территорию. Странна и реакция экономки. Ну, перепутал мужик ворота! И что? По словам Брониславы, владельца нет дома, зачем так переживать? Бросаться наперерез автомобилю, кричать, размахивать руками? И третья странность.

Все стекла, кроме лобового, у тачки затонированы. Сейчас это запрещено, если только у шофера нет документа, который по каким-то причинам разрешает затемнение. Окно, в которое смотрит водитель, прозрачное, но разглядеть лицо человека за рулем мне не удалось. На нем была бейсболка, надвинутая на лоб, и темные очки. Кто так старательно скрывает свою личность? Федя? Он сам пользуется машиной? Сам купил особняк? Или разрешил кому-то оформить его на свое имя?

Я села напротив Филиппа и продолжила:

– Коттеджный поселок «Река счастья» охраняется плохо.

На въезде, правда, есть шлагбаум. Но он сразу поднялся, когда подкатил мой автомобиль. Никто не спросил кто, к кому едет, и пропуск у них заказывать не надо. Дома там не особенно дорогие, не как на Рублевке или в начале Новорижского шоссе. Обычные коттеджи. Правда, все их разглядеть невозможно. «Река счастья» расположена в лесу, некоторые постройки со всех сторон окружены деревьями. Дом Лебедева добротный, но не шикарный, типовой проект, облицован кирпичом.

Участок тоже не поразил красотой дизайна. Правда, сейчас начало апреля, еще нет пышных цветов, но дорожка, по которой я шла, покрыта простой плиткой. Вот по периметру забора растут туи, сама изгородь сплошная, калитка и ворота тоже не решетчатые, любопытному взгляду не проникнуть в сад.

– Всем привет, – сказал Мирон, открыв дверь. – Я побывал в чудесном месте, где пахнет пылью и мышами. Пообщался с человеком восемнадцатого века, не вся его речь мне была понятна. Армяк, повой, ярыжка…

– Первое – мужская верхняя одежда, чаще всего из сукна, второе – головой убор замужней женщины, а третье – пьяница, – перевела я все слова на современный язык.

– Компьютер он именует «чертов телевизор», – хихикнул Мирон, – прогрессивный дядька – знает, что такое телик!

Филипп молча открыл папку, которую Кротов положил на стол, и углубился в чтение.

– Хотите кофе? – спросила я.

– Да, – обрадовался Мирон, – и покрепче.

– Интересно! – воскликнул Филипп.