Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Колода «Флирта», та самая, и сейчас лежит на столе. — Адвокат взял её в руку — так давайте прочтём, что же сообщали друг другу игроки.

В зале стало тихо и было слышно, как в бассейне плескались золотые карпы. Ардашев взял карту и прочёл:

— Ландыш: «Вы сегодня адски милы», левкой: «Не торопись, мой верный друг», гвоздика: «Я влюблён, влюблён, как мальчик», герань: «Ой, милый, тебя хочу я. Сил больше нет сдержать мне страсть», колокольчик: «Вы завладели моим сердцем», калла: «Зачем так тонко, так хитро всю душу взволновали? Безжалостно зажгли огнём своих речей!», роза: «Оставьте, право, эту мысль», гинура: «Соперник будет мёртв.

Поверьте».

— Какой стыд, — Краснопеев вытер носовым платком пот со лба и окинул супругу недовольным взглядом.

Шилохвостов кашлянул и сказал:"

"— Простите, Клим Пантелеевич, но для чего вы нам эти карты читаете? Это же игра. И какое отношение сии изречения имеют к убийству?

— На первый взгляд — никакого, если бы не одно но. Тот, кто упомянул гинуру, сначала оговорился и вместо «гинуры» сказал «генурис», а это название палестинского скорпиона, того самого, который и укусил покойного.

Оговорки — вещь обычная, но имеющая природу своего образования. Чаще всего её появление связано с тем, о чём думает человек. Крутился у него в голове «генурис», вот он взял карту и прочёл вместо «гинуры» «генурис», — заключил присяжный поверенный.

— Браво-браво, — захлопал в ладоши заведующий ломбардом. — Метод, достойный быть упомянутым в уголовных романах, но не в реальной жизни.

Или вы таким путём пытаетесь отыскать убийцу? Смех, да и только! Ни доказательств, ни улик. Пустое!

— Возможно, вы и правы, господин Сафронов. Скажите, вы страдаете сердечными припадками? Мучает ли вас грудная жаба? Храпите ли вы по ночам?

— Ну уж… Это вас не касается. Устроили тут не пойми что…

— Как хотите, можете и не отвечать. Здесь находится ваш личный врач — доктор Нижегородцев. И я попрошу его назвать господам полицейским те лекарства, которые он вам прописал.

Если Николай Петрович откажется это сделать, тогда вы сами будете допрошены в качестве свидетеля у судебного следователя. Так как? Скажете?

Сафронов пожал плечами и ответил:

— Хорошо. Только я в этих сигнатурах не разбираюсь, — он повернулся к жене. — Лапушка, скажи им.

— Доктор Нижегородцев прописал инъекции строфантина три раза в неделю, а в другие дни муж принимает на ночь бромистый калий для успокоения, — ангельским голоском пропела актриса.