Name: Бумеранг с автопилотом
Author: Дарья Аркадьевна Донцова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Машенция, может, перестанешь спорить со мной? Знаете, Танюша, все мои клиентки сначала не узнают себя, им и в голову не приходит, что за короткое время можно создать новую внешность – модную, яркую. Вам сейчас на двадцать лет меньше, чем было пару часов назад. Когда вы вошли в салон, я увидел женщину, которая махнула на себя рукой, носит унылую прическу и забыла про макияж. А теперь вы красавица! Нимфа! Белый лебедь!

Я молча смотрела на отражение. Белый лебедь?.. Ну, по поводу цвета не поспорить, а по поводу всего остального есть возражения.

Я стала не прекрасной птицей, а белой мышью, которая упала мордой на рельсы, и те отпечатались у нее над глазами-щелями, окаймленными заборами.

А стилист продолжал:

– А еще Машуня всегда шепчет мне: «Нет, эта дама не спросит, посмотрев в зеркало, кто там, вмиг себя узнает!» И, как обычно, сейчас она не угадала!

– На ушки гляньте, – повторила просьбу девушка.

Я перевела взгляд на уши. На левой мочке сидела толстая навозная муха, а на правой притаился паук.

Меня передернуло, голова сама собой затряслась. Однако, муха не улетела, а паучище не убежал. Машенька зааплодировала.

– Вы решили, что они живые?

От полной растерянности я ответила:

– Ага…

Это словечко моя бабка ненавидела. Если я произносила его, то старуха вмиг била меня по затылку тем, что подворачивалось под руку. Хорошо, если это оказывалась тряпка, намного хуже, если скрученная в дубинку газета, поварешка или крышка от кастрюли. Один раз «добрая» бабулечка схватилась за сковородку.

Я, хоть и была маленькая, а вмиг сообразила, что чугунина тяжелая, у меня от удара ею или глаза на щеки вывалятся, или череп треснет. Громко завизжав, я удрала из квартиры во двор и просидела на скамейке до вечера. Там меня нашла мать и, раздавая подзатыльники, приволокла меня домой. Ужин мне не дали, завтрак тоже. Но, похоже, родители пропесочили бабку, и та больше за сковородку не хваталась. А вот за «ага» мне по-прежнему доставалось. В конце концов старуха добилась своего, это словечко из моего лексикона пропало.

Чем оно не угодило карге, которая в минуту гнева материлась со смаком? Не знаю. И вдруг сейчас, полюбовавшись на себя в зеркале, я ответила Марии: «Ага…»

По дороге домой я купила в магазине вязаную шапку, натянула ее так, чтобы скрыть брови, приехала домой и помчалась в душ, надеясь смыть красоту. Но не получилось. Я вернулась в спальню, села на кровать и заплакала.

– Что случилось? – испугался муж.