Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И Самир Баш, и другие кочевники не были фанатичными воинами ислама, они запросто могли отказаться от операции против советского конвоя с горючим, если торговцы наркотиками платили больше за сопровождение каравана с опиумом.

Беседуя с главарем кочевников, Фишер вспомнил, как однажды он с Д’Олэнторном прятались двое суток в полузаваленном строении. А наверху в кишлаке вовсю «шурудил» советский спецназ. Хорошо тогда была проведена операция русскими. Без вертолетов и артиллерии позволили отряду Малу Хана выйти из кишлака, а потом окружили, и тут началось.

.. И авиация, и артиллерия, и крупнокалиберные пулеметы на главенствующих высотах секли кинжальным огнем. Лишь небольшой группе во главе с Малу Ханом и западными разведчиками удалось прорваться обратно в кишлак. Но разве там спрячешься, когда следом бегут советские десантники. Малу Хан успел укрыть Фишера и Д’Олэнторна, а сам со своими воинами заперся в доме деревенского старосты и отбивался до тех пор, пока советский вертолет не разнес дувал ракетным залпом.

Солдаты потом долго разбирали завал, выносили трупы, офицеры их тщательно сортировали, видимо, искали иностранцев. А не найдя, устроили обыск, двое суток десантники обыскивали кишлак, все перевернули вверх дном, даже бросали гранаты в колодец, а заглянуть в полуразрушенное строение не догадались. После ухода советских солдат Фишер и Д’Олэнторн еще десять дней прожили в этом кишлаке в ожидании прихода другого отряда повстанцев. Первым пришел Самир Баш, за доставку в Пакистан «неверных» он взял символическую плату — миллион афгани.

Джеймс нисколько не сомневался в том, что, предложи ему русские или ХАД за них сумму больше этой, Самир и минуты не стал бы думать, продал бы.

Мысли американца вернулись к фигуре английского эмиссара. Чарльз Мортимер Д’Олэнторн, высокомерный чопорный аристократишка, даже после того случая не изменил своего отношения к товарищу по несчастью, всем своим видом показывая, что они не ровня. Но Фишер ему прощал высокомерие, уважая англичанина за профессионализм и выдержку.

Самиру Башу уже было выплачено пятьдесят тысяч долларов за ликвидацию сэра Чарльза и еще столько же придется доплатить за то, что его люди устроят имитацию мятежа. Опытному воину американской разведки было невдомек, что Самир, кроме полученных пятидесяти тысяч с Фишера, получил еще десять с сотрудника английского посольства за то, что посвятил его в планы американского коллеги.

Сморщенное лицо кочевника оставалось бесстрастным, хотя в душе он был доволен.