Досье на Крошку Че читать онлайн

Он предложил поставить в доме крохотные видеокамеры, которые в отсутствие хозяев станут следить за няней.

Сейчас «шпионская» аппаратура не редкость, но в год появления на свет Кати большинство людей даже не слышало о подобном.

— Где же ты возьмешь аппаратуру? — воскликнула Фаина.

Петр улыбнулся:

— Это мое дело, только игрушка дорого стоит."

"— Я заплачу, — быстро сказала Лидия…

* * *— И Петр Григорьевич оборудовал дачу? — поинтересовалась Нина.

— Угу, — кивнул Димон, — няньки у них два года работали.

— В каком смысле? — не поняла Нина.

— За детей горло перегрызет, — пояснил Димон. — Игорька она обожает, а за Катьку глаз отдаст. Прямо завидно, меня никто и никогда так не любил. Лидка все сделает, чтобы Гарьку из любой беды выручить, хитра неимоверно. Тебя она лихо обманула.

— Как? — растерянно спросила Нина.

Карякин пьяно засмеялся:

— Вот чего ты в тот день видела?

— Не понимаю.

— Наблюдала, как Гарька веревку перерезал? Или услышала чего? Может, тебе кассета попалась?

— Какая?

— Рассказывал же про камеры по всей даче, одна в мастерской у Юльки стояла.

— Но ведь няни у них не имелось, — пожала плечами Нина.

Димон икнул.

— Плохо ты Лидку знаешь, хоть она тебе целый год свекровью была. Не упустит наша пташка шанса за людьми понаблюдать. Включала она устройства, в особенности если гости приезжали, а потом кассетки глядела.

— Где? — удивилась Нина.

— Хитра Лидка, но… — прохрипел Димон. — Когда Гарька веревку с висящей на ней Юлькой перечекрыжил, она сначала все ловко устроила, тебя в качестве алиби приготовила. Я-то спал, устал очень и закемарил. Милиция меня едва растрясла. Спрашивают: «Вы где находились в момент самоубийства.» Я никак не врублюсь, но интересуюсь: «Кто Убился? Когда? Извините, только проснулся».

Нина, затаив дыхание, слушала сильно нетрезвого Карякина, а тот, безостановочно хихикая, рассказывал о том, что делал в тот день на даче у Тришкиных.

Узнав, что Юля разбилась в момент работы над мозаикой, Димон призадумался. А потом внимательно слушал Петра Григорьевича, шепотом рассказывавшего Вадиму о своих эмоциях, испытанных от ужасного известия.