Флеш Рояль. Соната для Бетховена читать онлайн

По-другому было разве что совсем давно, когда он был молодым влюбленным мальчишкой, а Лана еще была его Светкой. Наверное, он продолжал любить ее все это время какой-то ненормальной, извращенной любовью, пока не встретил Дину. Она исцелила его от той болезненной, старой и ненужной страсти. И какой же нежной и горячей оказалась его любимая девочка!

Теперь ему было важно слышать ее сбившееся дыхание, видеть ее глаза, лицо, смотреть, как она вскрикивает и закусывает пальцы, и от этого совсем затуманивался разум, а сознание мелькало где-то в глубине неяркими сполохами.

Максим старался держаться на весу, а Дина наоборот, тянула к себе и вжималась в него, она и так давно заползла к нему под кожу и угнездилась в душе, а теперь он чувствовал в смешанном дыхании, в сплетенных телах, в разгоряченной и расплавленной коже то, над чем когда-то лишь снисходительно посмеивался — и будут двое одна плоть. Прав был тот блаженный, что так говорил, напрасно Максим ему не верил.

…Они уснули когда за окнами уже давно рассвело, после третьего захода сил не оставалось даже на душ. Максим притянул свою засыпающую девочку к себе, набросил на них двоих простынь и провалился в крепкий глубокий сон без сновидений, ощущая на шее ровное, теплое дыхание.

Глава 2

Динка сидела на диване в гостиной, подогнув ногу, и подрезала розы. Она давно проснулась и, чтобы не будить Максима, ушла вниз, забрав цветы — их нужно было подрезать и сменить воду, прежде всем было как-то не до этого.

У Динки при одном воспоминании холодело между лопатками и покалывало в пальцах. Вчера она долго не могла уснуть, сначала лежала и смотрела в потолок, потом встала и принялась расставлять на столике свои флаконы и баночки, затем решила вообще не спать и дождаться Макса, и неожиданно уснула.

Проснулась от его мокрых прикосновений и горячего шепота, и тут же оказалась втянута в водоворот поцелуев и напористых ласк. Это было совсем не похоже на то первое их «близкое знакомство» в гостиной на диване, рваное, поспешное и… одностороннее.

Сейчас все было иначе. Максим смотрел на нее, словно хотел прочесть что-то для себя, а ей хотелось, чтобы он забылся с ней и совсем ни о чем не думал.