Name: Дракон
Author: Ерофей Трофимов

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

За ними явно наблюдали, потому что едва она коснулась ручки, как дверь распахнулась, и конвоир, крепко взяв за локоть, повел ее по коридору.

* * *Полтора месяца, проведенные на борту пиратского капера, не добавляли ксеноброну Альказу благодушия. К концу перелета его бесило буквально все. И синтезированная пища, от которой его пучило, и стальная палуба, на которой его когти на ногах скользили и тупились, и человеческие койки, на которых он чувствовал себя словно на прозекторском столе. А больше всего его раздражала непрошибаемость верховного техножреца, относившегося к этим неудобствам со спокойствием, граничившим с равнодушием.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, оказалась глупая фраза, брошенная одним из пиратов вслед шедшим по коридору ксеносам. Не выключавший по совету техножреца автопереводчик Альказ отлично понял все, что тот позволил себе сказать. В следующую секунду огромный ксенос оказался рядом с шутником, а сам болтун задушенно хрипел, суча ногами и пытаясь вырваться из сжимавших его горло рук.

Только вмешательство верховного спасло пирата от немедленной смерти.

Буквально вырвав пирата из рук ксеноброна, техножрец отшвырнул его подальше в сторону и, глядя Альказу прямо в глаза, тихо прошипел:

– Побереги силы для дела, ксеноброн. Еще не время для ссоры.

Понимая, что тот полностью прав, Альказ усилием воли сдержался от того, чтобы броситься на техножреца, и, круто развернувшись, быстро зашагал в отведенную им каюту. Вошедший следом за ним верховный плотно закрыл за собой дверь и, подойдя вплотную к койке, на которой сидел Альказ, спросил:

– Что тебя так бесит?

– Все.

Меня бесят люди, наша беспомощность, то, что мы никак не можем устранить наступающую опасность. Я уже устал придумывать способы, которые помогут нам спасти империю.

– Ты взял на себя слишком большую ответственность. Один офицер, даже самый лучший, не может спасти целый мир. Это невозможно. Успокойся, приди в себя и делай то, что должен делать, – помолчав, тихо ответил верховный.

– Изводя себя тревогой и бесплодными мыслями, ты ничего не изменишь, но отвлекаешь себя от текущих дел. Это недопустимо.

Ответить ему Альказ не успел. Дверь каюты без стука распахнули, и на пороге появился капитан капера Максвелл. Решительно пройдя на середину каюты, он упер кулаки в бока и, не здороваясь, возмущенно спросил:

– Что это значит?

– И вы здравствуйте, капитан, – тут же нашелся верховный.