Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но тут он заметил меня, его улыбка смягчилась, в глазах появилось какое-то странное, голодное и вместе с тем сияющее выражение.

– Брук.

Он соскочил с плеч своих поклонников и призывно помахал мне рукой. Толпа расступилась, давая мне пройти. Он улыбался, двигаясь мне навстречу, я не отрывала взгляда от его искрящихся голубых глаз. А затем он подхватил меня своими сильными руками, поднял и поцеловал.

И в моей крови взорвался фейерверк.

Все сдерживаемые с такими усилиями желания последних недель и дней спрессовывались в одну безумную страсть, заполнившую меня целиком.

Все, чем я была и стала, все, о чем я мечтала, слилось для меня в этот миг в одном стремлении… Притянув к себе темноволосую голову Ремингтона Тейта, я приоткрыла рот и позволила ему дать мне все, что он захочет.

От его поцелуя мои внутренности скрутились в тугой узел. Он крепко впился пальцами в мои бедра и жадно обхватил мои губы и язык своим ртом. Я слышала глухой стук его сердца, когда он буквально вжал меня в себя, заставляя почувствовать свою эрекцию.

Он так жадно и отчаянно целовал меня, словно не надеясь, что наступит завтра.

Вокруг громко кричали гости, и когда кто-то проорал: «Иди трахни эту киску!», Реми оторвался от моих губ. Он хрипло дышал и, прижимаясь губами к моему уху, горячо прошептал хриплым голосом:

– Сегодня ты моя.

У меня вырвался невольный прерывистый стон. А он обхватил мое лицо своими огромными руками, заставляющими меня чувствовать себя крошечной и хрупкой, и вновь овладел моим ртом. На этот раз его поцелуй оказался медленным и нежным, таким, словно я была для него самой большой драгоценностью в жизни.

– Сегодня ты моя.

Он снова посмотрел на меня глазами, исполненными желания. Кажется, я кивнула ему в знак согласия, так как не могла произнести ни слова, но возбуждение не придавало мне уверенности ни в чем. Я дрожала как в лихорадке, ноги подкашивались, и каждая клеточка моего тела кричала от вожделения, потому что я хотела его сейчас. Я безумно хотела его."

"– Реми, я хочу тебя, возьми меня! – прокричала какая-то женщина, но он не обратил на нее внимания.

Для него сейчас никого не существовало.

Никого, кроме меня.

Его глаза потемнели от возбуждения, он провел подушечками больших мозолистых пальцев по моим щекам вверх, затем широко развел пальцы над моей головой, целуя меня снова и снова, – наши рты, горячие и влажные, жаждущие и тревожные, сливались снова и снова. Я вцепилась в его мягкую серую футболку, умирая от неописуемых ощущений.