Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Камни еще не растеряли тепло, накопленное за день. Я наощупь нахожу между ними впадину, вдавливаю в нее бронзовый костыль с крюком на другом конце, а потом вбиваю его поглубже деревянным молотком. К крюку привязываю крепким морским узлом веревку с мусингами, после чего перецепляю карабин страховочного троса за нее между последними двумя костылями. Если сорвусь, пролечу всего с метр. Придерживаясь за последний вбитый костыль, нахожу ногами точки опоры и поднимаюсь выше на метр-полтора, где вбиваю следующий.

Я не имею альпинистской подготовки, поэтому действую, наверное, не совсем рационально, зато предельно надежно. Пару раз чуть не сорвался. Появлялось желание плюнуть на все, спуститься вниз и послать другого, но я уже прошел две трети маршрута, и спускаться теперь страшнее, чем пониматься.

Самыми напряженными были последние метра три. Я ждал, что наверху появится человек с копьем и потыкает им в мою дурную голову несколько раз, пока она вместе с туловищем не полетит вниз.

Как бы ни шумело море и как бы тихо не колотил я молотком, все равно наверху могли услышать и проверить, кто нарушает их покой. Положив ладонь левой руки на край верхней площадки, я замер, ожидая удар по ней. Потом ждал удар по голове, когда перемещался вверх, поднимая ее над краем. Наверху было темно и тихо. Настолько тихо, что звенело в ушах. Я лег на край обрыва грудью, а затем прополз вперед метра три. Чем дальше был от обрыва, тем увереннее себя чувствовал.

Отдышавшись и успокоившись, привстал сперва на одно колено, потом на второе, потом выпрямился во весь рост. Никто не поднял тревогу, не кинулся ко мне. Такое впечатление, что я забрался не в город, а на плато в пустыне. Если бы не деревянный столб, являвшийся частью подъемного механизма, я бы так и подумал. Привязав к столбу веревку, нашел три небольших камушка и кинул их вниз один за другим. Это был сигнал, что все в порядке, можно подниматься следующему.

Я сел на теплую твердую поверхность у столба, прислонился к нему спиной и посмотрел на небо. Оно казалось белесым из-за множества звезд, больших и маленьких, очень ярких и не очень. Я никогда не мечтал побывать на них, мне и здесь нравится. Мне без разницы, есть на них жизнь или нет? Уверен, что есть, но встречаться с инопланетянами не хочу, даже если они умнее, образованнее, культурнее и гуманнее, чем земляне.