Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Говорить Фуфел не мог. Зато пытался изъясниться на языке глухонемых и суетливо размахивал костяными руками. Рядом с ним и вокруг него летала слепая голова Кости Свистова с выжженной на лбу пентаграммой.

– Подставил!.. Погубил!.. Подлец!.. Негодяй!.. Мерзавец!.. – по-бабьи взвизгивала она, кривя перемазанные спермой губы, и вслед за взвизгиванием начала истошно верещать: – Но ничего, подонок, ничего! Близится твой последний час! И уж поверь, проклятый фанатик, этот час будет ужасен!!! Эй вы, души слуг Сатаны, убитых фээсбэшниками Корсакова! Восстаньте из ада и летите сюда поквитаться с негодяем!!!

Земля позади стаи вдруг вспучилась, разверзлась.

Из образовавшейся прорехи вылетел сноп серного пламени, а вслед за ним – многие сотни призраков с перекошенными злобой харями. От их разноголосого страшного воя мою голову стиснуло железными обручами.

– Отомстите!!! Отомстите!!! – закукарекала свистовская башка.

– Фас-с-с-с-с-с!!! – прошипел змееобразный «Н».

Стая черных псов взмыла над рекой в невероятном прыжке и вместе с тучей призраков устремилась ко мне.

Я задергался, пытаясь порвать огненные цепи. Застонал, заскрипел зубами и… проснулся у себя в номере. Уютно тикал будильник. В незавешенном псевдоокне виднелись огни ночного Н-ска. Наволочка на подушке скомкалась, пропиталась пóтом… Я полежал минут пять, приходя в себя. Потом поменял наволочку, выпил холодной воды, выкурил сигарету, лег обратно в постель и… гадкий сон повторился по новой с точностью до мельчайших подробностей.

Потом еще, еще и еще раз… В итоге, когда будильник прозвенел «Подъем», я встал разбитый, с ноющей головной болью и с противной горечью во рту. Прошел в ванную, посмотрел в зеркало и отшатнулся в отвращении. Из зеркала глядел тусклыми глазами всклокоченный, не первой свежести труп, вдобавок обросший трехдневной щетиной… (Последнее время было как-то недосуг побриться. – Д.К.)

Почистив зубы, я отскоблил бритвой физиономию, принял контрастный душ, проделал комплекс дыхательных упражнений и, проигнорировав нашу столовую, отправился к куратору.

– Бесовское нападение? – едва завидев меня, спросил дядя Миша.

Я молча кивнул.

– Что-нибудь ели с утра?

– Нет.

– Тогда попейте крещенской воды, – он протянул прозрачный, наполненный на две трети стакан.

Перекрестившись, я залпом выпил и сразу почувствовал себя гораздо лучше. Мысли прояснились, исчезла ломота в висках, тело окрепло, настроение улучшилось и в животе заурчало от голода.