Охота на пиранью читать онлайн

Отступил на пару шагов, дожидаясь, когда пленный очухается, глянул на Ольгу и покачал головой:

— Откуда такая непринужденность, Кат-тя?

— с кем поведешься… — невинно вздохнула любимая жена.

Мазур глянул через ее плечо, чуть отодвинул в сторону и распорядился:

— Вставай, орел. Очухался, вижу…

Чернявый, упираясь кулаками в землю, тяжело поднялся, помотал головой, выдохнул:

— с-сучары…

— Давай без лирики, — сказал Мазур. — Расконвоированный?

— Ну.

— Что ты там чирикал насчет инструктажа? Девочку ставил в безвыходное положение или правда?

— Правда.

Абверовцы неделю на ушах стоят[15]. Каждое утро на уши капают — никого не подбирать, не подсаживать…

— Конкретные приметы дают?"

"— Нет. Спросишь у Мюллера[16], много он тебе ответит…

— Что, и промеж себя разговоров нет?

— А чем меньше знаешь, тем дольше живешь. Ну что тебе надо-то? Говори, и разбегаемся.

— В Пижмане часто бываешь?

— А куда ж я стволы вожу, по-твоему?

Мазур огляделся, высмотрев местечко, где желтел песок, подтолкнул туда пленного и вручил ему сломанный сучок.

Минут пятнадцать слушал, заставив начертить более-менее точный план, — и вскоре кое-какое представление о Пижмане получил, настолько, чтобы не тыкаться слепым котенком и не расспрашивать о дороге к вокзалу, двигаясь в противоположную сторону. Потом грамотно, умело задавал вопросы о необходимых деталях. Шофер отвечал охотно, надеясь, что после допроса от него, чем черт не шутит, и отвяжутся. Только под конец он не выдержал, уколол Мазура красноречивым взглядом, в котором без перевода читался вопрос: «Интересно, друг ситный, откуда ж ты взялся, если идешь с севера в Пижман, ни черта о нем не зная?!» Ухмыльнувшись, Мазур ответил вслух:

— Шпионы мы, шпионы.

По ошибке на Таймыре сбросили, вот и плетемся…

— Пой, ласточка… — фыркнул чернявый, но ни единого вопроса не задал, руководствуясь все той же нехитрой лагерной мудростью.

— Попели, будет, — сказал Мазур. — Пошли.

— Куда?

— В машину, куда ж еще. Придется тебе все-таки нас докинуть до Пижмана…

— Да в душу твою мать! — взвыл чернявый, с полуоборота заведясь на истерику, натурально всплеснул руками, перекосился лицом.

 — Я ж тебе косяка не загоняю — вышли менты на облаву, вышли! Под Пижманом их дюжина с овчаркой от рассвета до заката торчит, десять раз на дню мимо езжу, и всякий раз в кабину морду суют! Мне семь месяцев осталось до чистой, сгорю с тобой, как целлофан на пожаре!

— Не скули, — сказал Мазур. — Раньше выйдем.