Name: Перегрин
Author: Александр Васильевич Чернобровкин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

То есть семь лет службы в провинции прошли с большой материальной выгодой для поэта, хотя их принято считать людьми, оторванными от реальности и бытовухи, предпочитающими духовное материальному.

— Когда заведу здесь свое имение и начну обустраивать его, ваше будет примером, — поделился я планами.

— Купили бы сразу это, — предложил вилик. — Хозяин давно хочет продать, но покупателей не было, слишком дорогое для гадесцев.

— Разве в городе нет богатых людей?! — удивился я.

— У кого появляются большие деньги, предпочитают покупать имение поближе к Риму, — ответил он.

— Вот и мой хозяин с таким богатством теперь точно уедет.

— Да, он — римлянин, для него на всем свете есть только один город, — согласился я.

Житель столицы — это последняя степень деградации человека. Кому-то дача помогает задержаться в этом положении надолго, а кто-то из-за отрыва от природы уже в первом, максимум, во втором-третьем поколении загибается от лени, обжорства, пьянки, наркоты или отправляется бомжевать на столичную свалку бытовых отходов, становясь еще при жизни частью их.

Жители провинциальных городов и деревень ближе к природе, поэтому самоуничтожаются медленнее.

60"

"Во избежание недоразумений, золото мы не делили до прибытия Квинта Сервилия Цепиона, которого пришлось ждать почти три недели. Приплыл он на триреме из эскадры, которая базировалась в Форуме Юлия. Моряки оттуда плохо знают наших, а мы — их. Они считают нас счастливчиками, которым выпало служить в большом, в сравнение с Форумом Юлия, городе и рядом с Римом.

Можно подумать, их в Форум Юлия силком загоняли. По неопытности сунулись туда и не смогли перебраться в место получше.

Проконсул принял меня в городском домусе своего зятя, в рабочем кабинете хозяина. Может быть, Квинту Сервилию Цепиону и не понравилось, что мы сразу забрали свою треть золота, но вида не подал. Мы ведь могли исчезнуть со всей добычей. Так что зря мы его ждали, могли бы уже поделить.

— Никто их твоих людей не проболтается? — первым делом спросил он.

— За всех я поручиться не могу, но, даже если кто-нибудь из них проболтается, до Рима это вряд ли дойдет, — ответил я.

— Я приказал казнить всех, кто уцелел после вашего нападения на караван, как соучастников, так что болтать тоже не будут, — сообщил проконсул, после чего поинтересовался: — Твои люди готовы остаться здесь хотя бы на несколько лет?

— Если получат гражданство и земельные наделы, то останутся в Гадесе на всю жизнь, — заверил я.