Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Супруги поднялись по лестнице и направились в спальню.

Стоя возле двери в своей комнате, Харуко презрительно усмехнулась. Намерение нейрохирурга поймать ее с поличным за подслушиванием она предвидела. Да вот только с ее-то многолетним опытом шпионажа это сложно и профессионалу, а уж какому-то докторишке вовсе нереально.

Закрыв дверь на задвижку, женщина села на кровать, взяла с тумбочки невзрачную шкатулку и задумалась. Звонить сейчас или же подождать до утра? Прекрасно помня о разнице в часовых поясах, она вполне обоснованно предполагала, что госпожа Айко еще отдыхает.

А уж ее крутой нрав она изучила преотлично.

Многое из того, о чем разговаривали супруги, не стало для Харуко сенсацией. После отъезда девушек, занимаясь так надоевшей уборкой, она привычно просматривала новости и, едва увидев первый ролик с участием наследного принца и сестер Игнатьевых, сразу же догадалась, к кому на встречу должна была ехать Яра, а отправилась Светлана. И, естественно, поняла, кто привез девушек из школы и с кем они собрались летать на парапланах.

«Как же некстати принц решил одарить вниманием свою преданную фанатку, — Харуко нахмурилась. — С Ярой-то все ясно: наверняка расплылась лужей у ног кумира и готова ради него на что угодно, — не сдерживаясь, она презрительно поморщилась. — Но почему Дэйчи эту влюбленную курицу терпит? Опять его пресловутая тактичность? Скорее всего. И точно здесь не обошлось без Светланы!»

Мысли о высокомерной нахалке в который раз за день вызвали зубовный скрежет.

Юная хамка раздражала сдержанную японку не на шутку. Мало того что девка откровенно выказывала презрение к прислуге, так еще и, похоже, науськивала против нее Яру.

А ведь совсем недавно Ярослава, кроткая овечка, называла ее лучшим другом! В этом Харуко Игнатьевым не солгала: за семь бесконечно долгих месяцев работы «помощницей по хозяйству» в доме артефактора она вдоль и поперек изучила бесхребетную девушку. Ловя каждое слово, та буквально смотрела ей в рот, благодаря ее влиянию с радостью стала добровольной подопытной своего папеньки.

Теперь же, гляди-ка, показывает норов, огрызается. Вне сомнений, она ничего и правда не помнит, но, однозначно, чует силу. Да и отражение в зеркале-то видит, понимает, что красива. А тут еще и эта стерва воду мутит.

Руки женщины непроизвольно сжались в кулаки. Причиной столь кардинального изменения характера Ярославы она считала тлетворное влияние своевольной, высокомерной выскочки Светланы Игнатьевой.