Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— В самом конце струсил и предпочел напиться до беспамятства! Считаешь, я поверю, будто расчеты неверные и ничего не получится? Нет, ты просто испугался, что госпожа Айко перестанет платить, заберет меня в Японию и твоя безбедная жизнь кончится! — девушка приблизилась к камере и зашипела: — Я полгода терпела адскую боль. Думаешь, ради тебя? Да я тебя не-на-вижу! — огромные черные зрачки полностью закрыли голубую радужку ее глаз. — Из-за твоего скупердяйства меня презирали в школе, я была пустым местом для всех! Что стоило хоть раз заплатить? Деньги-то лежат припрятанные! Но тебе, папенька, на меня плевать.

Мне приходилось годами носить дешевое тряпье, ради приличных шмоток терпеть твоих заносчивых родственничков, их сына-дебила и выскочку Светку! Надо же, запретил он с ними общаться! — Ярослава расхохоталась словно ведьма. — Глупец ты, папенька! Харуко единственная, кто меня понимает, и мы с ней давно все продумали, — ее взгляд затуманился. — Теперь-то уж можно сказать: я стала твоей подопытной крысой ради Дэйчи.

Мы с принцем скоро встретимся, и он непременно меня полюбит! А ты сгниешь в одиночестве! Закончу сама, если ты такой трус! Дэйчи станет моим! — сумасшедшая улыбка растянула ее губы.

Развязав пояс на халате, Яра небрежно скинула мягкую ткань на пол. Оставшись в нижнем белье, презрительно усмехнулась в камеру.

Не обращая внимания на выражение ее лица, я рассматривала обнаженный живот, где мерцала и переливалась голубовато-зеленым светом камней здоровенная перевернутая восьмерка.

М-да, такое «счастье» уж точно само по себе не исчезнет.

Меж тем девушка демонстративно неспешно подошла к медицинскому столу. Стоя спиной к камере, что-то сосредоточенно покрутила на приборах. Затем, прицепив на грудь и пальцы присоски, быстро улеглась. Глянула на увеличивающуюся ярко-зеленую шкалу одного из приборов.

— Думаешь, я дура, и сама не сумею? — язвительно ухмыльнулась на камеру. — Ты меня всегда недооценивал, — она с предвкушением прикрыла глаза.

Через пару минут на ее лбу заблестели бисеринки пота. Сжав кулаки и явно испытывая боль, Яра выкрикнула:

— Я справлюсь!

В то же мгновение невыносимо яркая вспышка озарила лабораторию. Громкий мучительный крик и треск горящих приборов разрезал воздух.

Камера бесстрастно снимала охвативший помещение огонь. Сквозь его жадные языки виднелся медицинский стол, вот только на нем никого уже не было. От полуобнаженной девушки осталась лишь жалкая кучка пепла.