Дикая фиалка Юга читать онлайн

Но сахар был сладкий, в чае растворялся хорошо, а что ещё от него надо? Поэтому и народ привык к такому виду сахара, и покупал его охотно.

С рабочими завода, сдававшими свою свеклу я рассчиталась давно, люди остались довольны, договаривались о новых поставках свежего урожая осенью. Многие из них на своих участках увеличили посевы этой свеклы в надежде заработать дополнительно денег. Осуждать их за это я не могла, сама ведь искала дополнительные возможности.

В один из приездов в Монро я все- таки зашла в Геральдическую палату и в Дворянское общество, написала заявление о принятии мной титула баронессы Лафойе.

Большой пользы от этого я не видела, но пусть будет, вдруг когда и понадобится потрясти баронскими побрякушками. И где- то примерно через месяц мне пришло извещение на гербовой бумаге с кучей печатей, в том числе и сургучных, висящих на витых шнурах. Там было сказано, что отныне я, Виолетта- Женевьева Лафойе, являюсь наследной баронессой Лафойе. Титул передается по старшинству в семье. Ну, побуду теперь и баронессой. Хотя вкалывать мне приходится ничуть не меньше, чем в теплицах Петербурга в моей прошлой жизни.

Несколько раз за это время приезжал Хантер. Как он говорил, матушка просто выгоняла из дома, чтобы он ехал, проведал ""нашу девочку"". Передавала с Хантером немудрящие подарочки - то кусок домашней буженины, то несколько хороших рыбин. Их плантация была неподалеку от Уичито, а там водилась хорошая рыба. Я в ответ обязательно отправляла баночку сгущенки и несколько плиток ириса.

В последний раз ещё и приличный кусок зрелого твердого сыра."

"А Хантер оказался сладкоежкой. Он не стеснялся, когда не было посторонних за столом, и облизать ложку со сгущенкой, и сходить на кухню и поблагодарить Эжени за восхитительный пирог с патокой и чмокнуть ее в щёчку. Вообще у меня с ним странные отношения, их можно охарактеризовать скорее, как братско- сестринские. Я смотрела на него щенячьими глазами младшей сестрёнки, он - со снисходительным покровительством старшего брата, который может и отшлепать, но и защитит, даже ценой собственной жизни.

Так что матримониальных планы миссис Розалии, если они и были, то оказались убиты на корню.

Но нам так было удобнее. Мы могли беззаботно болтать о чем угодно, о чем не принято разговаривать в светском обществе, смеялись, сидя на новых скамьях, сделанных Полем и Николя. И даже немного отпускало то страшное напряжение, в котором я жила последние пару месяцев.