До тебя… читать онлайн

Он целовал, наказывая. Она задела его мужское самолюбие, и он решил восстановить справедливость в своем лице. Его губы действовали опытно, он прикасался к ней, имея полное право. Захватил и сразу же атаковал, пытаясь раздвинуть губы и проникнуть внутрь. Настя, шокированная столь стремительным, беспощадным напором, попыталась как-то справиться, сохранить лицо, но очень скоро поняла, что все её потуги бесполезны. Зареченский знал, что делал.

Его губы мяли и ласкали. Пальцы удерживали крепко, а мощное тело, если бы Настин живот не выпирал и не встал нерушимой преградой между ними, навалилось бы на неё, вмяло в сиденье, а то и подмяло под себя.

Настя, задыхаясь и чувствуя, что не в состоянии выдержать яростный напор мужчины, отчаянно замычала и уперлась руками ему в грудь. Каменная. Одни мышцы. Ассоциация с горой – никак иначе.

И тоже бесполезно. Кажется, он даже не заметил её сопротивления, добравшись до сладкого – его губам всё же удалось разжать её, и чужой язык вторгся ей в рот.

Властно и с нажимом, давая понять, что, если не последует полной капитуляции, он перейдет к ещё более откровенным ласкам.

Только что подразумевает полная капитуляция?

Между тем его рука, что ранее удерживала плечо, скользнула к груди и ощутимо сжала, а в бедро недвусмысленно уперся эрегированный член.

Зареченский оторвался от её губ, заскользил вниз, по шее, и тогда Настя зло выпалила:

– Будешь насиловать беременную?

* * *У него сорвало крышу. Иначе и не скажешь. Такое было впервые.

Если бы его спросили, что произошло, Михаил не смог бы ответить. Он полностью контролировал себя во время разговора с Настей. Даже в какой-то момент мелькнула мысль, что он ведет себя, как сволочь. Девочка реально потеряна, на глазах будто бы слезы блестят. К такой Насте Михаил не был готов. Абсолютно.

Зная лживую натуру супруги, он держал дистанцию. Даже амнезия не меняет людскую сущность. Если ты по жизни сука, то в тебе рано или поздно заговорят инстинкты. Повадки никуда не денутся.

Алчность рано или поздно покажет свою гнилую пасть.

Но беспомощность во взгляде сработала безотказно. Захотелось себя одернуть, утихомирить темную сторону сущности, которая есть в каждом человеке и которая имеет свойство не вовремя активизироваться, как в данном случае случилось с ним."

"Всё испортила её дерзость. Значит, не так уж она беззащитна, как пытается казаться. Зубки и коготки выпускает отлично.

И Михаил решил её приструнить.