Если б не было тебя читать онлайн

 — Твоего любимого печенья не было в магазине у дома, где всегда берем, поэтому пришлось ехать в гипермаркет, а там такая очередь из машин! — засовывая свой любопытный носик в продукты.

— Пойдем в палату, нечего тут стоять, — отмирая, проворчала родительница. Подтолкнула внучку к двери и махнула нам приглашающим жестом. — Там и поговорим. Обо всем.

Глава 26

Чуда не произошло. Как я ни надеялась, каким бы хорошим человеком ни была Раиса Николаевна, как бы мы ни были ей обязаны в прошлом, Руслана мама не приняла. Хотя и открыто в глаза неприязни показывать не стала.

Просто сдержанно расспросила его о прошлом. Поинтересовалась семейным положением.

Еще немного мы поболтали о ее здоровье, а после она намекнула, что ей пора отдыхать.

Руслан вежливо попрощался и первым направился на выход.

А вот меня мама задержала, хватая за запястье:

— Сонечка, подожди в коридоре, — растягивая губы в приторно-сахарной улыбке, попросила она внучку. И стоило нам остаться с ней в палате без свидетелей, накинулась: — Женя, ты чего творишь? Где твои мозги? Ты разве не видишь, что у него не серьезные отношения на уме, а чисто мужской интерес?

— Это с чего такие выводы? — развернулась к ней лицом.

Я уже поняла, что Руслан ей не приглянулся в качестве зятя."

"— А ты сама не понимаешь? Неужели еще не повзрослела? В принцев веришь? Ты посмотри на него! Если он не врет про себя, то у таких мульёнеров любовницы в каждом городе. И меняют они их как перчатки. Обещают золотые горы, морочат головы, а по факту все равно женятся на таких же, как он.

— А отцу она вообще не нужна! — выпалила, не выдержав. — Вначале он угрожал, что не даст мне с ней видеться, а сегодня сказал, чтобы не смела обращаться к нему за помощью по содержанию дочери! Мама, оставь! Не вмешивайся, я сама решу, что мне делать и с кем оставаться.

— Ой, дурочка. Ко мне же потом плакаться придешь. А у меня и без того давление скачет.

То ли воспоминание о матери Руслана повлияло, то ли у родительницы просто было хорошее настроение, но сегодня она ядом не плевалась. Даже сокрушалась по-доброму, без злости.