Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Одно то, что Алексей лично, на равных и без поддержки рода Романовых свободно общается с представителями всех важных правящих родов мира, в будущем даст нам очень неплохие дивиденды, особенно во внешнеполитических взаимоотношениях с нашими соседями — Швецией и Финляндией.

— Это да, — хищно осклабился глава рода Ольденбургских. — С таким близким родственником мы разом закроем массу спорных вопросов. А уж когда у тебя внуки с фамилией Романовы народятся, можно будет подумать о пересмотре в нашу пользу некоторых договоров.

— И в ближнесрочной перспективе пересмотреть долгосрочные условия поставки газа в Европу, — ухмыльнулся наследник. — Уверен, русские будут рады этому факту не меньше нашего.

— Конечно, сынок… И это будет только начало…

* * *

Сказать, что император Российской империи Николай III был раздражен, означало не сказать ничего! Император был в ярости! А виной всему стал утренний доклад сына о том, что свидание Алексея пошло «несколько не по плану».

И Николая не волновало, что, по заверениям Александра, у Алексея и Сони закончилось все вполне романтично — дико бесил сам факт наличия проблем у внука, виновным в возникновении которых, против обыкновения, являлся не он сам, а Прошка Белобородов и Ванюша Кузьмин.

Еще императора раздражал факт возникновения очередных проблем со стороны итальянцев — он уже и так устал улыбаться Медичи, вместо того чтобы взять их за горло и предметно пообщаться с ними по поводу событий в Москве месячной давности.

Еще и папа римский изо всех сил вел подрывную деятельность в отношении Романовых среди правящих родов мира! И снова наглые и беспардонные итальянцы мешают его внуку и будущему главе Российской империи провести нормальное первое свидание с будущей женой!

Николай, слушая развернутый доклад сына, зло глянул на стоящих перед ним Белобородова и Кузьмина, переместил взгляд на готовящего манную кашу брата Владимира, потом на ответственную за бутерброды супругу и занимающегося кофе князя Пожарского.

— Все, хватит разговоров! — рыкнул император, прервав цесаревича. — Итальянцы меня окончательно достали! А вы двое, — он впился взглядом в ближников Алексея, — какого хрена творите? Погоны жмут?

Николай даже не подумал о том, что формально в Тайной канцелярии нет званий, только должности.