Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Живой!

Данте взял меня за плечи и осторожно отстранился. Я не понимала почему, неужели он не рад меня видеть? Но тут я заметила движение вокруг, посмотрела по сторонам. Люди Данте добивали нападавших, а среди них стояли Ромка и Макар. Жених с презрением смотрел, как я тянусь к Данте, обнимаю его. Он видел, как я поцеловала его.

Глава 20

— Рома… Макар… — просто не знала, что еще сказать, поднялась с колен и смотрела на них. Отощавших, грязных, с взлохмаченными волосами, в порванной одежде с пятнами засохшей крови.

Они словно через ад прошли, а судя по шальным, глубоко запавшим глазам, так из него и не вышли.

Обнять, быстрее расцеловать в обе щеки и не отпускать, больше никогда не отпускать.

Подбежала к брату, бросилась ему на шею, звонко поцеловала в заросшую бородой щеку, Ромка не обнял в ответ. Пусть, понятно ему очнуться надо, поесть, в себя прийти. Снова живым себя почувствовать. Потянулась к Макару, но он выставил вперед ладонь и покачал головой, ни слова не сказал, обошел меня и пошел к дороге, видневшейся за деревьями.

— Я надеялся, что нас спасут, но знал бы, что ты писькой своей за нашу свободу расплачиваться станешь, лучше бы сдох, — зло процедил Ромка, — вернемся домой, я соберу вещи и съеду, не хочу с шалавой под одной крышей жить.

Брат сплюнул себе под ноги и пошел за Макаром.

Оглянулась украдкой, боясь, что кто-нибудь услышал его. Но все были заняты делом. Наемники складывали тела нападавших у болота, Данте вышел на дорогу и встречал подъезжавшие внедорожники.

Я стояла, как оплеванная. И возразить нечего было, Ромка же правду сказал. Я себя, как шалава повела, оплатила услуги Данте своим телом. И не отмыться теперь от этого, грязь внутри въелась в сердце и душу. Это навсегда со мной останется, и когда Данте наиграется тоже.

Вытерла слезы, закрыла глаза и подставила лицо лесному ветру. Я прекрасно знала на что шла. Теперь придется с этим жить. Пусть ненавидят и презирают. Живы оба — это важно, а я как-нибудь стерплю.

Выдержу. Дедушка говорил, что среди Аркадьевых слабаков нет. И я не слабачка. А сердце и душа… не нужны они мне, это девочкам невинным, о любви мечтающим, они важны, а продажным девкам без надобности.

Выдержу. Все выдержу.

Внутри звенящая пустота царила, когда к машинам шла. Надежда оправдалась и тоже меня покинула. Цель достигнута, а новые мне ни к чему.

Ромка и Макар ждали в стороне, тихо разговаривая о чем-то своем.