Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я медленно перевернулась на живот и встала на четвереньки, спиной к Данте, лицом к изголовью кровати.

В такой позе не видела его и это к лучшему, отстраненность постепенно сменялась стыдом и горечью, вцепилась ногтями в одеяло, когда Данте холодно приказал:

— Расставь ноги шире.

Закусила губы и подчинилась. На пляже он тоже взял меня сзади, как шлюху. Зажмурилась, чтобы сдержать готовившиеся пролиться слезы, ведь я и есть шлюха. Нормальная девушка не стала бы нарушать обещание и вышла замуж девственницей.

Хорошо, что Ромка и Макар отвернулись от меня. Не придется оправдываться перед ними, только принять свою новую роль, унизительную и грязную.

Прислушивалась к шороху одежды. Данте раздевался неторопливо, наверняка внимательно рассматривая меня, чувствовала его взгляд каждой клеточкой, трепещущей в ожидании расправы.

Ни капельки не сомневалась, что он не будет нежным, возьмет меня грубо, но именно этого я и хотела. Пусть сделает все жестко, больно, чтобы я возненавидела себя и его еще больше, чтобы не осталось ни капли надежды на то, что мы могли бы снова любить, чтобы я могла снова полюбить его…

Кровать прогнулась под тяжестью второго тела.

Я замерла, застыла в ожидании проникновения, сжалась вся, готовясь к боли.

Данте провел ладонью по моей спине, погладил бедра, схватил за талию и внезапно перевернул на спину, схватил за щиколотки, рывком раздвинул ноги и навалился сверху, вдавил меня в кровать. Его лицо оказалось рядом с моим и губы обожгло дыханием.

Наши тела плотно соприкасались, и я чувствовала Данте каждой напряженной клеточкой. Живот, бедра, грудь, все принадлежало ему. Опираясь на одну руку, второй он жадно сжал мою грудь.

Соски затвердели, потянулись к нему. Я реагировала на него, не так, снова не так. Но просто не могла сдержаться. Это было выше моих сил, я хотела его. Разум кричал, а тело пело и просило еще, оно было готово принять от него все, даже боль.

По щекам поползли слезы, Данте стер их поцелуями.

Провел ладонью по животу и дотронулся до складочек.

— Я знаю, чего ты добиваешься, Инга. Хочешь боли, наказания за то, что предала жениха, продала себя за жизнь его и брата. Страдания блядского хочешь, достоевщины лютой, чтобы сердце на куски и покаяние на площади, — Данте провел пальцем по клитору и спустился к лону влажному от его первых уверенных ласк, собрал смазку и размазал по нижним губкам, — но этого не будет, я не позволю тебе стать жертвой.