Name: Выгодный риск
Author: Антон Чижъ

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Ты куда собрался? А завтрак? Дарья уже хлопочет…"

"– Когда Агата вернется, накормите ее блинами так, чтобы не смогла шевельнуться, – сказал Пушкин, стоя в дверях спальни. – Или свяжите по рукам и ногам… Дарья с ней справится. И обе запритесь в доме…

Агата Кристафоровна не успела сказать ничего нравоучительного, как в прихожей хлопнула дверь. Теперь оставалось решить, что делать ей. Разгадав хитрость Агаты улизнуть раным-рано, тетушка не могла понять: а что ей теперь делать? Нельзя же вот так взять – и послушаться Пушкина.

Не бывать этому во веки веков!

Тетушка так рассердилась, что забыла попросить у племянника прощения. Чего требовал сегодняшний день. А он первым никогда не попросит, уж сколько лет одно и то же. Просто ужасный характер. Не зря Агата называет его «ледяное сердце». В чем-то она права…

• 49 •Ничто человеческое приставу Носкову было не чуждо. Засидевшись вечером в гостях, под блины и масленичный стол, пристав остался ночевать. И хоть обязан был вернуться в любое время в участок, где находилась его казенная квартира, но иногда обязательства отступают перед человеческой слабостью.

На самом деле почти всегда отступают, но что тут говорить.

Проснувшись рано утром на чужом диване, пристав выкушал лекарственную настойку, заел свежими, с утра испеченными блинами, попросил у всех прощения и сам простил друзьям их прегрешения и в отличном настроении направился в участок. Тут ему с порога сообщили о происшествии: в кабинете частного доктора на Кудринской улице с вечера лежит труп.

Помощник Татарский нигде не мог найти Носкова, а сам трогать тело и доставлять в участок не решился ввиду исключительных обстоятельств. Что за обстоятельства, Татарский пояснить отказался, дескать, пусть его благородие самолично во всем разберется.

Доктора пристав знал и был о нем не самого лучшего мнения: не столько занимается святым долгом лечения, сколько набивает кошелек. Сам Носков не стал бы лечиться у Австидийского, даже если бы умирал на его пороге. А попросил бы отнести в мертвецкую участка, чтобы доктор Воздвиженский уморил окончательно.

Прибыв на Кудринскую, Носков обнаружил в приемном кабинете уличный холод. Австидийский дремал в кресле, одетый в пальто и шапку. Городовой Лопахин с напарником распечатали окна и распахнули настежь, чтобы морозный воздух задержал тление и запах. Тело лежало, как его на ковер опустил доктор. Молодой человек подогнул ноги, далеко откинув левую руку. Правая крючком прижалась. Галстук распущен, сорочка разорвана.