Запретные воспоминания читать онлайн

 – Следствием установлено, что поводом для убийства Юлии Кондратьевой стало посланное ее бывшему молодому человеку Николаю Попову видео, на котором видно, что между Кондратьевой и Королевым существовали близкие отношения. Это видео снято и отправлено медсестрой того же кардиохирургического отделения, в котором работала и убитая, Лидией Селезневой. Та уже дала признательные показания.

– И что? – Валуева дернула округлым плечом.

– А то, Елена Михайловна, что Селезнева также дала показания, что снять видео и отправить его Попову ее надоумили вы.

– Врет, – равнодушно сказала Валуева. – Как вы собираетесь это доказать, если в данном случае ее слово против моего? Ничего я ей не советовала.

– И никакой телефон не давали?

– Разумеется, нет. Девица либо себя отмазывает, либо кого-то другого покрывает и выгораживает, а я тут совершенно ни при чем.

У нее дергалась щека, едва заметно, Радецкий бы ни за что не уловил это еле заметное движение, если бы не смотрел специально.

– Я знаю, что перед самым убийством вы были в палате у Ираиды Нежинской.

Тщательно напудренная щека снова дернулась.

– Это не преступление. Я действительно заходила в эту палату. Но, как, наверное, заметила эта ваша раздатчица, когда я уходила, старуха была цела и невредима.

– Что вы там делали, Елена Михайловна? – спросил Зимин. – Это не ваше отделение, не ваша пациентка, и вы могли там быть только в том случае, если хорошо ее знали и зашли проведать.

– Вот еще. Я вовсе ее не знала.

Мускул на правой щеке дрожал все сильнее. Валуева, хоть и вела себя невозмутимо, на самом деле волновалась, да еще как. Радецкий был уверен, что Зимин тоже это видит.

– Вы перед началом рабочего дня пришли в палату к совершенно незнакомому человеку? Зачем? Не потому ли, что Нежинская что-то знала об отправленном видео и могла, к примеру, стыдить или шантажировать Селезневу, а та позвала вас на помощь? – задал вопрос следователь.

– Есть свидетель, который слышал, как Селезнева разговаривала с вами по телефону.

Зимин покосился недовольно, но ничего не сказал.

– Да нет же, – теперь Валуева почти потеряла самообладание.