Name: Бабий ветер
Author: Дина Ильинична Рубина

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А теперь представь: вокруг – буйная цветисто-ковровая осень Новой Англии, ты стоишь на холме, под тобой – сказочной красоты зеркало рассветного озера, посреди него остров или целая россыпь островков, а на островках – замки… И медленно, величаво, невесомо поднимаются в небо над этой невыносимой красотой двадцать шаров одновременно… Сияют изнутри, освещая рассветные небеса малиновыми, изумрудными, желто-сине-зелеными отблесками… И, взбегая из горелок, взлизывают их бледные саламандры огня, и торжественно плывет в тишине рассвета волшебная флотилия – самая прекрасная в мире и, может быть, единственная угодная Богу…

Как он там сказал, Серега-то Боярин: двадцать с лишним лет прошло, пора и в себя приходить…

* * *…Прости, давно не писала, да.

Перед праздниками на работе запарка, так что возвращаюсь домой и падаю в постель чуть не замертво. Уже и готовить себе перестала. Так, сэндвич перехвачу, как бомжиха, – и на боковую. Только и хватает сил, что журнал полистать или погулять по телеканалам. Тут еще Юра, сосед, с гриппом слег, ну, мне пришлось малость подежурить там у него, с девчонками посидеть, подкормить их человеческой маминой едой.

Да нет, все не то! Все – болтовня, и дело не в этом.

Ты спрашиваешь, не случилось ли чего. Все же вот не ошибаюсь я, когда говорю, что у нас с тобой, как у африканских шаманов, душевная связь через океан. Случилось. Еще как случилось!

Даже не знаю, с чего начать и как бы это тебе поаккуратней выложить. Впрочем, ладно: бабы мы с тобой не молоденькие, тертые матерые бабы.

Авось и примешь мои откровения с пониманием.

В общем, недели две назад, когда последняя клиентка у меня задержалась до девяти вечера, я в салоне осталась одна – это часто случается. Все девочки давно по домам отправились – им-то есть к кому спешить, – а я так даже люблю эту тишину, вечерние огни за окном и освещенный свой кабинет, пустой от клиентов. Как обычно, сделала кассу, переоделась, выключила свет… Выхожу, запираю дверь и чуть не спотыкаюсь о какого-то бродягу на ступенях.

Наклонилась, вгляделась в него и просто окоченела: Мэри.

Сидел на ступенях, сгорбившись, тихо качался. И несло от него густым запахом немытого тела, пота, мочи, какой-то мокрой селедки… И был он без парика, без сережек – и без груди! Был таким, каким я его впервые увидела. И раздетым – в такую-то холодрыгу! Я потрясла его за плечо, спросила:

– Мэри, ты что, Мэри? Что с тобой?

Он не отвечал, сидел, трясся, раскачивался."

"Я подхватила его под мышки и потянула со ступеней.