Благородство и страсть читать онлайн

Она снова начала задыхаться и тут же прикрыла рот руками, чтобы случайно не издать какой-нибудь звук. Если он только опустит руку в эту кучу, то тут же дотронется до нее. На этот раз Мэтью не удастся ее спасти.

– Да, я иду, – проговорила миссис Файли ровным скрипучим голосом. Грейс впервые услышала, как эта женщина разговаривала. – Но сначала вот только брошу еще стопку простыней.

Грейс обхватила себя руками, чтобы успокоиться и перестать дрожать, напрягла мышцы до боли."

"Наконец через пару минут, которые тянулись бесконечно, Файли и его жена ушли.

Как ей хотелось бросить один-единственный взгляд на Мэтью, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Но рисковать было нельзя. Ее сердце выстукивало безумную молитву, смысл которой сводился лишь к одному – пусть Мэтью выживет и дождется ее.

– Ну что? Наша помощь вам больше не нужна? – спросил незнакомый голос.

– Нет, вы нам уже ничем не поможете, – сказал Монкс. – Так что теперь до следующей недели.

– Ну, тогда мы отчаливаем. Все покидали?

– Сейчас, еще немного белья. Его светлость мог бы поспать еще на этих простынях. Клянусь, он бы и не заметил, что они несвежие.

– А мне показалось, что он не слишком-то похож на сумасшедшего, – снова послышался незнакомый голос.

– Он точно нездоров, – проговорил второй незнакомый мужчина.

– Ты что, в доктора записался, Бэнкс? – бросил Монкс. – Я тут каждый день, и мне получше вашего известно, что у него не так, а что так. Давайте отчаливайте. Лорд Джон платит вам хорошие деньги не за то, что вы тут лясы точите.

Грейс снова сжалась в комок, услышав, что к повозке подошли двое мужчин. Станут они проверять белье? Надо было ей, конечно, идти пешком, как они и договаривались с Мэтью.

Вскоре стало понятно, что двое мужчин уселись на козлах рядом. Повозка качнулась, пришла в движение и медленно, как будто нехотя, покатилась, подскакивая на кочках.

Господи, она выбралась из этой тюрьмы. Но скоро она вернется сюда за Мэтью. И обязательно освободит его.

– Мне, парень, нужно отлить. Давай остановимся, – прокряхтел тот, что постарше.