Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Никаких актов, никаких бумажек… «Берите все, что хотите, только пароход не утащите, нам он еще пригодится…»

Я спрашиваю: «Ну, а «Новоросиийск»? Это же совсем свежий пароход по сравнению с «Минском»? С ним-то что случилось?»

Он мне: «Ну, вроде бы, пожар был… Хотя говорят, что все. подстроено. Да что теперь говорить? Смысл один – продали в Корею. Так же разграбили и продали. Но гадить особо не давали – все надо было сделать аккуратно, железо особо не давали снимать, только секретную аппаратуру». – «А что, он у нас не весь секретный был?» – спрашиваю.

Мнется: «Да хрен его знает…» – «Ну, а «Минск» куда?» – «Говорят, на Камчатку, как учебно-тренировочное судно для военно-морской авиации».

Вот такой был разговор, из которого я понял, что даже и у такого проныры павловского, как этот ГТОшник, сердце болит за то, что сделали с этим кораблем.

Ну, а потом я слышал историю про РК «Фрунзе», сгоревший у пирса в Разбойнике, сам видел КИК «Маршал Неделин», стоящий с креном на правый борт в бухте Малый Улисс… – видок, доложу я вам! Сердце действительно сжимается от того, что такие исполины Минсудпрома просто брошены на произвол их корабельной судьбы.

Больно и жутко смотреть. Но их судьбу я уже не знаю. После истории с «Минском» и «Новороссийском», двумя однотипными кораблями-монстрами, легкой хмельновской рукой списанными и проданными, я потерял к этому всякий интерес…»

Да, списано и продано. По цене дерьма.

* * *Про «Робинзона» (бедный «Робинзон»).

Ни один мой рассказ не вызывал еще такого разнообразия откликов.

Кому-то кажется, что текст должен быть суше, другие говорят: «А где его переживания?» Третьих не устраивает, что мало текста. Но все сходятся на том, что страшно.

Хорошо, что моего «Пса» в «Коте» еще никто не читал.

Записка с «Курска» Робинзону не указ. Он действует так, как и должен действовать человек в подобной ситуации – по наитию.

Он все сделал правильно. Как в замедленном кино, и как будто не с ним все происходит. Защитная реакция организма.

Все видишь как со стороны.

Подводники себя ведут не так, как все люди. Они могу сидеть, ждать смерти и анекдоты травить. Так на «К-8» было. Сидели, глотали угарный газ и анекдоты рассказывали. Их потом достали, но кое-кто из них задохнулся.

* * *Женщина в садике перед домом, обращаясь в кусты: «Брось палочку!»

Я шел мимо. Сочетание этих двух слов, а так же варианты «Кинул палочку!» или «Палку кинул!» – у военных напрямую связаны с половыми отношениями.