Казачий адмирал читать онлайн

Я лежу на самом верхнем ярусе по правому борту, на голых, заеложенных человеческими телами досках, от которых воняет мочой и смертью. На палубе в проходе стоит с десяток бочек. От скуки вскрыл одну. Она заполнена не обжаренными, кофейными зернами. Так понимаю, этот напиток начал победное шествие по европейскому континенту. В прошлую эпоху встречал кофе очень редко, в основном у богатых арабских купцов.

Рядом с бочками снуют крысы. В полумраке я замечаю только тени, но слышу писк и возню. Видимо, все еще не отказались от мысли прогрызть дырку в бочке.

Проводят симпозиум, как это лучше сделать. Ученые утверждают, что после ядерной войны в живых останутся только один вид разумных существ — крысы и два неразумных — тараканы и люди. В институте на пару курсов младше меня училась москвичка, у которой была ручная крыса. Все бы ничего, но девушка так любила крысу, что таскала ее в институт, чтобы та, наверное, тоже получила высшее образование. И в институтскую столовую приносила. Ели они из одной тарелки. Парни относились к этому с юмором, а вот девушки, в силу врожденной стервозности, решили, что две крысы за одним столиком — это немного чересчур, и одну оставили недоучившейся. Какую именно — не помню.

Сижу в трюме уже часа четыре, если не больше. По приказу Мусада Арнаутриомами меня поместили сюда перед самым Стамбулом. Наверное, испугался, что я заявлю таможенникам, что готов принять ислам, и оставляю хитрого грека без выкупа. Тартана идет на веслах. Я слышу их скрип и плескание воды.

По моим подсчетам, мы давно уже прошли бухту Золотой рог. Наверное, невольничий рынок теперь где-то в пригороде, дальше по проливу.

— Суши весла! — послышалась команда Мусада Арнаутриомами. — Поднять паруса!

Наверху загомонили гребцы, радуясь окончанию тяжелой работы. По палубе зашлепали босые ноги. Заскрипели тали, залопотала под ветром парусина. Кто-то поднял край лючины, переложил на соседнюю. Широкий луч яркого света упал в трюм, осветив бочки. Я замечаю пару крыс, которые неторопливо перебираются в затемненные зоны.

Сдвигают вторую лючину, просвет становится широким. В нем появляется глуповатое лицо слуги Саида.

— Гяур, вылезай, — произнес мальчишка без эмоций, механическим голосом.

Я, согнувшись, переместился к просвету. Верхний деревянный брус комингса трюма был горячим, обжигал ладони. Я долго тер их, после того, как спрыгнул на палубу. Заодно осмотрелся. Тартана уже приближалась к выходу из Босфора.