Name: Хватай Иловайского!
Author: Андрей Олегович Белянин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Что же находится в сухом остатке?"

"Продолжая параллели с «Тайным сыском», можно сказать, что история казачьего хорунжего Ильи Иловайского — это повесть о «повзрослевшем» Никите Ивашове. Формально, конечно, герои обоих циклов почти однолетки. Иное дело, что повзрослел и изменился сам автор. В Ивашове воплотились юношеские идеалы писателя, трогает свежесть, наивность, восторженное восприятие окружающего мира, которое, впрочем, меняется от книги к книге, поскольку сериал о Лукошкине создавался на протяжении десяти лет.

«Оборотный город» завершен за три года и писался уже достаточно зрелым, много повидавшим и умудренным житейским опытом человеком. Это не могло не отразиться в тексте.

Иловайский смотрит на мир взглядом зрелого и даже чуть утомленного жизнью мужчины. Чувствуя это и понимая трудности, сопряженные с несоответствием биологического и психологического возраста персонажа, автор с самого начала истории бравого хорунжего «обезопасил» себя тем, что сделал своего героя характерником, человеком немного не от мира сего, комфортно чувствующим себя не только среди людей, но и в обществе нелюдей.

Порой даже не поймешь, где же Илье лучше, в Калаче на Дону или Оборотном городе. Думается, в последнем, поскольку в мире людей он то и дело огребает по первое число то от дяди, то от стариков, то от собственного денщика. В мире же нечисти Илья непобедим, становясь здесь некоей легендарной, культовой фигурой, едва ли не героем анекдотов.

Итак, ключевое слово произнесено.

Анекдот. Действительно, одной из жанровых особенностей цикла «Оборотный город» является то, что это своеобразные романы-анекдоты. Причем анекдоты большей частью для взрослых, понимающих соль шутки, разбирающихся в явных и неявных намеках, подмигиваниях и умолчаниях. Наиболее близким в этом отношении явлением к циклу Белянина можно считать многочисленные анекдоты о похождениях поручика Ржевского.

Явившийся на свет из-под пера Александра Гладкова в пьесе «Давным-давно» (1940) и получивший вторую жизнь в фильме Эльдара Рязанова «Гусарская баллада» (1962), этот вымышленный персонаж Отечественной войны 1812 года зажил своей жизнью, став героем более четырехсот анекдотов.

Как правило, это фривольные истории на сексуальную, алкогольную и «каламбурную» тематику. Ржевский — собирательный образ лихого рубаки-парня, донжуана, вульгарного пошляка, снижающего пафос «высокой» аристократической среды.

« Назад 1 ... 238 239 240 241 242 243 Далее »

Если Андрей Олегович Белянин — ваш автор, эти книги ждут вас